Тимиредис

Поэтому, зависнув чуть в стороне, занялась выуживанием при помощи драконьих нитей… и увлеклась процессом настолько, что перестала следить за окружающим.

Отлично, у меня уже семь штук, крупных, гладких, мягко сияющих в свете моего светлячка… но увы, на этом камне больше ничего нет. Хотя вроде правее я заметила другой, облепленный гроздьями раковин.

Повернулась — и увидела акулу!

Гигантский серый силуэт с чёрными провалами вместо глаз двигался навстречу из темноты, и казалось, что он жутко, невероятно близко. Несколько десятков локтей, минута — и меня сожрут!

Ужас накатил цепенящей волной. Это было намного, в сотню раз, страшнее орков! Кажется, я взвизгнула. И, чуть не растеряв весь улов, машинально прижала руки к горлу. Что делать-то? Спрятаться тут негде. Пытаться уплыть? Зарыться в песок? Я же даже вынырнуть не могу, над головой лёд! Выдержит ли мой щит хватку этих зубов?

Дальше две вещи произошли одновременно.

«Что случилось? Сейчас буду!» — послышался встревоженный голос Шона.

Акула, словно наткнувшись на препятствие, резко вильнула хвостом, меняя курс.

«Ак-кула… — И, через секунду, сообразив, что напугавшая меня до заикания жуть — за барьером, который не пустил её ко мне и о котором я напрочь забыла, а Шон собирается прыгнуть сюда, заторопилась: — Шон, стой! Всё хорошо, она, кажется, за барьером, просто огромная и страшная. Если схватит, выловишь меня в море?»

«А ты где сейчас?»

«На жемчужной отмели».

«Хорошо, что вовремя сказала, что под водой, а то б я прыгнул… Прикинь, устроить наводнение в зале Приёмов, утопив всех наших лордов и леди в ледяной солёной воде! Такого леди Фрейм мне бы долго не простила, — в голосе послышался смех. — Ну, плавай дальше, оляпка! Если что — зови меня».

Ощущение присутствия Шона исчезло, а я начала следить за гигантским хищным силуэтом, который снова и снова пытался приблизиться, не понимая, что не пускает его к добыче."

"В итоге, решив, что семь — вполне красивое и правильное число, и развесив побольше фонариков во избежание новых сюрпризов, поплыла назад, к проруби.

Вернувшись, посмотрела в словаре, кто такая оляпка. Оказывается, водяной воробей. Невзрачная коричневая птичка, только грудка белоснежная. А что, что-то похожее есть. Значит, теперь буду оляпкой.

Ночью мне снилась ловля акул. А кто-то снова и снова повторял: «Хочу р-рыбку!» Ну и что бы это значило?

На линейке выяснилось, что Сианург уже углядел мою прорубь.

— Это кто ж постарался?

Я, скромно потупясь, разглядывала носки сапог.