Тихоня для мажоров

Увы, приехавшая Васина подмога не стоит на месте, а бросается в центр боя. Я отворачиваюсь пытаюсь совладать с чувствами, но слезы застилают глаза.

Поворачиваюсь к парнями и вижу, как Вася ударяет Артема прямо в челюсть. Его голова дергается, белоснежная рубашка тут же покрывается кровью, а сам мужчина медленно оседает на пол. Я уже хочу ринуться вперед и помочь ему, но в этот момент слышиться вой сирены, и я расслабленно выдыхаю. Вася отступает, что-то говорит своим парням, прыгает в машину и джип срывается с места.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я тут же бросаюсь к Артему, приседаю, обхватываю его лицо руками и говорю:

Он опирается рукой об асфальт и смотрит каким-то затуманенным взглядом, а мне страшно даже прикоснуться к нему, поэтому все, что я могу — поглаживать большим пальцем его лицо.

— Юля, как он? — слышу рядом голос Егора и наклоняюсь ближе к Артему, чтобы послушать, дышит ли он вообще, когда слышу:

— Ты моя, Тихоня, только моя.

— Здравствуйте, нужна скорая помощь на Проспект Мира 5, кафе “Шоколадница”. Предположительно черепно-мозговая, — Егор молчит, видимо слушая оператора. — Мерин Артем Борисович, одиннадцатое ноября тысяча девятьсот девяносто третьего года рождения. Ждем.

— Артем, Артем. Ты только не отключайся. Сейчас скорая приедет и все будет хорошо.

Ему тяжело упираться на руку и он заваливается назад на землю. Я придерживаю его, чтобы ему было легче, и стараюсь трогать его как можно меньше, но в итоге понимаю, что ему трудно даже сидеть на месте. Он откидывается назад и единственное, что я успеваю — подвинуться в сторону так, чтобы его голова оказалась у меня на коленях.

— С ним все будет нормально, успокойся Юля, — совершенно спокойно говорит Егор и это меня пугает.

— Как можно быть таким бесчувственным? — растерянно спрашиваю я и поглаживаю Артема по волосам.

Он кажется таким беззащитным в этот момент, что я не могу думать ни о чем другом. Он пострадал из-за меня, это я виновата в том, что случилось, но холодность Егора, его тяжелый и пронзительный взгляд пугают меня.

— Все мы получали по морде. И то, что его вырубило не значит, что он умрет.

— А если бы вы сидели на месте, то и мордобоя не было, — возражаю я.

Я на грани нервного срыва, а он только подкидывают дров в разгорающийся костер.

— Юлия Георгиевна, будьте любезны объясните, что тут происходит? — строгий голос Маргориты Аристарховны раздается за несколько метров от нас, но такое ощущение, что она кричит мне на ухо. Я молчу, не зная, что сказать.