Тихоня для мажоров

— Хорошо, я приду в двенадцать и вместе поедем.

Мы заканчиваем завтрак и Егор отвозит меня на работу в отель. После нашего разговора в душе остается большая недосказанность, нам мало одного дня, чтобы все выяснить. Может и целой жизни не хватит, чтобы все простить, потому что мы друг перед другом виноваты. Мы останавливаемся возле центрального входа, но Егор не глушит мотор автомобиля. Я тянусь к ручке, чтобы открыть дверь, но он останавливает меня словами:

Он наклоняется и легонько касается губами виска. Удивительно, но он ничего не требует, не применяет силу, просто легонько целует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И тебе, — я выхожу из авто и иду на работу.

Сотрудники здороваются и косо смотрят в мою сторону, но я иду к себе в кабинет. Поднимаюсь на лифте, прохожу по коридору и думаю о том, что нужно, все же, связаться с Маргаритой и правда поговорить о декрете. Пора уже уходить в отпуск. Я толкаю дверь кабинета и замираю на пороге. В моем кресле сидит начальница, ее пальцы, с идеальным маникюром, нервно барабанят по столу, а взгляд меняется, едва она замечает меня. Похоже, она узнала, что я была с Артемом, когда он попал под машину…

— Доброе утро, Маргарита Аристарховна, — я вхожу в кабинет и ставлю сумку на стул у двери.

Чтобы не стоять на месте, подхожу к чайнику и включаю его: хочется выпить чего-нибудь горяченького, да и это поможет не переживать.

— Юля, нам нужно поговорить, — Маргарита поднимается и подходит ко мне, расставляет чашки и этим шокирует меня. Ее отношение изменилось после перевода сюда, но сейчас…

Она ведет себя очень странно, помогает мне сделать чай, чего раньше я за ней не замечала, даже конфеты из сумки достает.

— Да, Маргарита Аристарховна. Нам стоит поговорить. Я бы хотела взять декрет.

— Как ты себя чувствуешь? — ее голос напряжен, но внешне вообще не скажешь, что она переживает и испытывает дискомфорт.

— Все нормально, ничего не беспокоит, сегодня только на УЗИ нужно приехать к своему врачу.

— А к Артему собираешься?

— Да, после работы поеду, — и только после того, как я отвечаю, понимаю, что вопрос о моем здоровье был лишь для отвода глаз, чтобы я расслабилась и уже честно ответила на другой.

Я заливаю заварку кипятком и ставлю поднос на стол. Маргарита Аристарховна молча садится напротив меня. Хоть и по внешнему виду не скажешь, но в ее глазах читается растерянность.

— Юля, давай будем откровенны, — она делает небольшой глоток чая и держит в руках чашку. — Я не хотела такого исхода для Артема. И сейчас понимаю, что ему не выкарабкаться.