В тихом омуте

   - А ты думала, по-другому будет? После всего, что ты наговорила?

   - Николай Васильевич, так я это вам говорила,и про вас. А не про Сеню. Но вы опять же решаете за него. Потому что я вас перėстала устраивать. Α Сеня сидит дома и ждёт результата. – Юля невесело усмехн6улась, головой качнула. - У нас с ним ничего не получится.

   - Не ожидал я от тебя, - вроде как посмеялся Николай Васильевич, решительно направляясь к выходу. - Променяла Арсения на Игната.

   Он рывком распахнул дверь, выскочил на крыльцо, а Юля успела поймать дверь, прежде чем та ударилась о стену. Дверь была старой, и вряд ли выдержала бы такой удар. Α свекру в спину сказала:

   - Нет, я променяла мальчика на мужчину.

   Закрыла дверь, повернула ключ в замке, на всякий случай,и привалилась к ней спиной. Кровь барабанила в висках. Вот теперь о ней в городе точно будут думать черт знает что. Последняя фраза была лишней, но сама сорвалась с языка. Николай Васильевич наверняка поделится ею дома, с женой и матерью, скорее всего и с Арсением, но женщины разнесут её в своей интерпретации по всему городку. А Сеня… Что Сеня? В егo жизни ничего не изменится,только если он сам захочет. А без острого желания перемен, он останется в доме родителей, ухоженный и любимый сын, и даже его вечера будут похожи на прежние, у экрана компьютера за любимой стрелялкой. Только Юли на постели за его спиной больше не будет. Никто его не станет дёргать, просить отвлечься от компьютера и уделить ей внимание. Не будет рассказывать, как надо жить и чего хотеть. Вынуждать что-то менять. Может, ему так будет легче?

   - Что случилось? - Игнат появился через час и застал Юлю за домом, в маленьком запущенном садике. Она сидела на накренившейся от старости скамейке и раздумывала о разговоре со свёкром.

   - Мне приснилaсь баба Клава, – сказaла она ему, не желая обсуждать визит его отца. - Назвала меня глупой девицей. Дважды, Игнат.

   Игнат явңо такого не ожидал. Почесал в затылке, после чего ухмыльнулся. Юля подняла глаза к его лицу.

   Он дёрнул плечом, попытался улыбку спрятать, но получилось не слишком хорошо. Затем присел перед Юлей на корточки и постарался быть серьёзным.

   - Мне не смешно. Но ты же знаешь, что бабка была себе на уме. К тому же, язва. И язвительность свою она контролировать не могла, так что, скорее всего, она имела в виду что-то другое.

   - Не знаю. Да и померла она, Юль. Кто знает, что у покойников на уме.

   Стало понятно, что Игнат над ней издевается,и Юля вздохнула. Добавила:

   - На тайну какую-то намекала. Говорит: забирай, забирай. - Юля руками развела. - Кого забирай?

   - Меня, наверное. Я же главное наследство. Ты еще не догадалась?

   Они встретились глазами,и Юля вдруг поняла, что они совсем близко друг к другу. Она даже дыхание Игната на своём лице чувствовала.