Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

— Ну тебя на хрен — ноги отсушишь! До понедельника болеть будут, а потом Поп нас на ТСП ухайдокает. Ну тебя на фиг. Вон, «Киева» с турника сдерни.

— Разогнались, — отозвался «Киев», — он мне щас своими граблями ногу сломает! Грушу лучше колоти.

— Ну пацаны, ну я не буду бить! Мне связку попробовать, — канючил я.

Наконец «Киев» поддался на мои уговоры и, спрыгнув с турника, встал в стойку. Попробовал сначала в медленном темпе, обозначая удары, потом побыстрее. Блин, вот бы в полную попробовать! Спарринг-напарник заинтересовался связкой и начал тоже отрабатывать её на мне. Потом мы прорабатывали её вместе на счёт: медленно, потом быстро и под конец — в сумасшедшем темпе. На всю связку уходило буквально полторы секунды.

— А красиво, когда вы синхронно делаете, — заметил из-под штанги Федос, — рукава на робе еще так хлопают, как на кимоно. Давайте я тоже попробую.

Начали отрабатывать уже втроём. А потом еще стали тренироваться с поворотами. В кубрик, привлечённый хлопаньем, заглянул Зелёный.

— О, ни фига себе! Я думаю, что тут хлопает. Молодцы, красиво получается. Типа танцуете, только без музыки.

Я хлопнул себя по лбу.

— Саня, а действительно, чего мы как плуги деревенские. Давай магнитофон притащим и врубим чего-нибудь? Все равно сейчас — личное время. Да и суббота — полпункта в увольнении, дежурный, думаю, не заглянет.

Сашка убежал в баталерку, приволок магнитофон и несколько кассет.

— Чего поставить? Есть вот Сергей Минаев, «Бригада Эс» и «Ария», сборник.

Остановились на старой доброй «Арии». Под музыку занималось намного энергичнее и веселее. Вскоре на звуки музыки подтянулись матросы с других групп, не ушедшие в увольнение. Все давали советы, некоторые просто смотрели, а кто-то просто тряс бритой башкой и подпевал, имитируя игру на гитаре.

В азарте, отрабатывая уже несколько связок, придуманные тут же на ходу, мы и не заметили, что галдёж в спорткубрике прекратился. Все, кроме нашей тройки, старающейся синхронно и под музыку наносить удары невидимому сопернику, услышали команду — крик-предостережение вахтенного. В спорткубрике тут же все снаряды оказались занятыми, только мы не останавливали движение и колотили воздух. Развернувшись лицом к входу, стоявший крайним Федос тут же кинулся к магнитофону и, нажав кнопку, остановил музыку и застыл по стойке смирно.

На входе стоял старший лейтенант из второй роты, дежуривший в этот день по части. Рядышком — наш старшина, старший мичман Аничков.

«Попали!» — пронеслось в голове.

— Из чьей группы? — спросил дежурный у старшины, показывая в нашу сторону.

— Поповские, кхе… командир группы — капитан-лейтенант Поповских! — ответил старшина и показал нам кулак.

— Нннормально, — процедил сквозь зубы старший лейтенант.