Тихоня (не) против Короля Академии

У нас, из «домовых», каждый семестр с десяток отправляют, а то и больше. И да, половина выживает ко второму году и продолжает учиться следующие девять лет. Во многих других Академиях та же история: ввиду большого количества адепток они отправляют сюда девиц десятками. И главное, многие сами хотят.

— И куда девается вторая половина? — нахмурилась я. — Кто их… Куда они исчезают?

— Слушай, это точно не известно. Они пропадают? Да. Кто-то из девиц этого очень хочет? Да. Что с ними случается на самом деле? Не знаю, — мрачно проговорила девушка. — Вот соседка Эмилии, например. Как мне удалось узнать, она пользовалась большей популярностью, чем сама Эмилия, но внезапно пропала. А Эмилия вошла в «гарем» Клебо, а потом уже и к Никосу.

Странно. Клебо-то как раз жаловался, что ему мало своих девиц и пора ему новых адепток «заиметь». Это что ж за ненасытность такая у этого мерзавца?!

— А Маркус, получается, этого не делает? У него нет своего гарема? — спросила я.

— Ага. Вот потому я и говорю, что он мутный какой-то. Говорят, он с самого начала не набирал «гарем», но при этом с первого же года всех в клочки порвал на Арене, — настороженно хмыкнула Рэйчел. — Арена, кстати, это и есть причина сокращения количества адептов среди мужчин. Потому как на первом году обучения их набирают сотню, на второй год переходит только половина, на третий четверть, зато дальше, как правило, отсев почти останавливается: умные адепты выбирают себе для сражений новичков, поэтому такой большой отсев на первых годах. Не все драки на Арене смертельны, но многие парни не могут себе в этом отказать: наличие убитого врага на Арене сильно повышает их статус. К десятому году, выпускному из магистратуры, остаётся едва ли десяток с курса. Потому и странно, что Маркус с первого курса смог стать чемпионом. Этот нонсенс. Те, кто дожил до конца, как правило, настолько опытные бойцы, что в одиночку против армии могут устоять.

— И как это возможно? Откуда у него столько сил было? — удивилась я. — А девушки не сражаются на этой Арене?

— Нет. Точнее, так: это необязательно. И за все времена, насколько я знаю, было всего две таких девушки. Одна даже стала более менее известным бойцом, Аделия Скайн. Она вроде вышла за какого-то известного менталиста, кстати, — задумчиво вспоминала девушка. — Насчёт Маркуса и его источника сил…Не знаю. Видимо, он черпает магию из чего-то другого и брезгует это делать как все. Я к такому выводу пришла. Но вот из чего он её черпает, не знаю, честное слово. И на ум приходит только плохое.

— Какое плохое? — эхом откликнулась я.

— А куда девается вторая половина девушек? Никто не знает. Как и источник силы Маркуса Файтера. Так что… даже не знаю, что думать, — мрачно ответила Рейчел.