Хулиган. Его тихоня

Когда Ксюша захотела покачаться на качелях, я хотел было воспротивиться этой детской шалости, но все равно сделал это ради нее. И если бы кто-нибудь из моих друзей сейчас увидел нас, то я бы непременно столкнулся с позором и подколами до конца своих дней.

Сначала я помог Ксюше сесть на качели, а затем занял свое место рядом с ней.

Я напрягся, когда от моего движения качели пришли в движение, но мягкое тело Ксюши, прижавшееся к моему боку, и моя рука, обхватившая ее плечи, заставили меня немного расслабиться. От каждого движения качели раскачивались, и у меня начинало сводить живот. С детства ненавидел качели, но продолжал сидеть на них.

— Насчет того звонка… — заговорила она, нарушив тишину.

— Ксюш, не думай больше об этом, — я поцеловал ее в макушку и крепче обнял. — Просто заблокируй этот номер и все.

Она подняла голову.

— Хорошо.

Я забрал из ее рук палочку от мороженного и бросил ее в мусорную урну в нескольких метрах от себя. Ксюша явно впечатлилась моей меткостью. А затем она при мне заблокировала контакт этого ублюдка.

После Ксюша одарила меня еще одной улыбкой, от которой в груди жалобно заныло.

Ксюша прижалась щекой к моей груди и сдвинулась с места, отчего качели затрещали. Я вздрогнул и тотчас услышал ее тихий смех. Тогда я крепче стиснул Ксюшу в своих объятьях, заставляя ее пискнуть.

Когда раздался звонок на мой телефон, я раздраженно закатил глаза, от того как нелепо был испорчен романтичный момент. Свободной рукой я вытащил телефон из кармана джинсов и взглянул на дисплей, прежде чем ответить.

— Да?

— Лех, у тебя все в порядке? — спросил у меня Даня.

Я протяжно вздохнул и остатки гнева во мне улеглись.

— Да.

— Ты все еще с ней?

— Да.

— С ней все в порядке?

— Кажется, да, — я увидел, как Ксюша зевнула, и решил, что пора возвращаться. — Я позвоню тебе позже. Ксюша вымоталась.

— Вымоталась? — Громов усмехнулся на другом конце линии. — Ты ее что, все-таки трахнул?

Я ничего не ответил и повесил трубку.

Ксюша снова зевнула и я провел рукой по ее спине.

— Пора возвращаться. Ты устала.

— Хорошо, — пробормотала она, уставшая и опустошенная.

Я помог ей слезть с качелей и взял ее под руку, после чего мы отправились к ней домой. Когда мы оказались у порога, Ксюша сняла с себя косуху и отдала ее мне. Я надел ее обратно и тут же почувствовал аромат Ксюши на себе.

Бля-я-я…

— Спокойной ночи, Леша, — прошептала Ксюша.

Затем она встала на цыпочки, обвила руками мою шею и нежно поцеловала. Это был первый раз, когда она стала инициатором поцелуя, и, блять, мне почти все понравилось.

Почти…

— Что это было? — грубо спросил я, когда она отстранилась.

Ксюша моментально нахмурилась.

— Поцелуй на ночь.

— Нет, Ксюша. Вот это поцелуй на ночь.