Хулиган. Его тихоня

Злился на обстоятельства, которые отняли у меня мать. Злился на то, что не мог не причинять боль людям, которые заботились обо мне, потому что боялся…

Боялся, что они бросят меня первыми…

31.4. Разговор отца и сына

— Леша, проснись!

Чья-то рука схватила меня за голое плечо и затрясла меня.

— Проснись, Леша! Тебе снится кошмар.

Тряска усилилась, стала более настойчивой, и мне пришлось с трудом открыть глаза. Отец сидел на краю моей кровати, держа руку на моем плече. В комнате было темно, но я все равно смог прочитать беспокойство на его лице. Я сел на постели, вырвавшись из хватки отца, и стал оглядываться по сторонам.

Реальность обрушилась на меня после еще одного жуткого кошмара.

Но на этот раз, в очередном кошмаре, на полу в крови лежала Ксюша, а не моя мать.

— Блять, — прохрипел я, поднося руки к лицу и протирая глаза ладонями.

— Леша, ты что, не принимаешь свои лекарства?

— Я их выбросил, — пробормотал я.

— Хватит от них избавляться, Леша, — отец раздраженно выдохнул. — Они могут тебе помочь.

— Не могут. Ничто не может.

— Идем, — матрас прогнулся, когда он поднялся с кровати. — Я приготовил ужин. Давай поедим.

Не дожидаясь моего ответа, он направился к двери и исчез за ней. Я выдохнул и убрал руки от лица. Некоторое время я смотрел в темноту. Кошмар медленно выветривался из моей головы, но я никак не мог забыть кровь. Кровь Ксюши.

Блять!

Я встал, натянул белую футболку, серые спортивные штаны и последовал за отцом на кухню. Стол был уже накрыт, еда готова, но я не торопился сесть, некоторое время парализуя стол взглядом.

Отец уже занял свое место и ждал, когда я сяду на стул напротив него. Я все еще не мог привыкнуть к тому, что разделял с ним ужин, продолжая ненавидеть его до глубины души. Но сегодня я был слишком уставшим, чтобы ненавидеть его, поэтому, вздохнув, я сел и взялся за вилку.

— Вот, — сказал отец через некоторое время и я перевел взгляд на него. Он подтолкнул в мою сторону пластиковую банку. — Держи.

Я прищурился, смотря на знакомую этикетку таблеток, которые мне уже осточертели.

— Где ты их взял?

— Припрятал, на случай, если тебе будет трудно.

Я насмешливо хмыкнул.

— Трудно…

— Да, трудно, — отец подбородком указал на банку в моих руках. — Выпей.

Я закатил глаза и откинулся на спинку стула.

— Я не встану из-за стола, пока ты не примешь лекарство, — твердо сказал отец. — И ты тоже.

Разозлившись, я швырнул банку со стола. Пластик хрустнул, не выдержав столкновения с кухней, и таблетки покатились по полу. Отец на мою выходку лишь разочарованно покачал головой.

— Перестань вести себя как мальчишка, Леша.

Я ухмыльнулся.

— У меня не было возможности быть мальчишкой, когда я был маленьким, потому что ты уехал и мне пришлось быстро повзрослеть.