Хулиган. Его тихоня

 — Тебе нужно попробовать еще разок, может два, и ты поймешь все прелести этого напитка.

Череп указал на друга большим пальцем и сказал:

— Он прав.

— Заткнитесь, — резко отозвался Леша.

Ребята одновременно закатили глаза и перестали навязывать мне выпивку. Данил опустился рядом с нами и погряз в своем телефоне, а Кирилл начал болтать со мной. Он указывал на каждую девушку на поляне, раздавая им оценки по десятибалльной шкале и в основном ставя всем 10 баллов. Я слушала его вполуха, отвлеченная ленивыми кругами, которые Леша выводил на моей руке.

Потом Данил спросил Черепа, какую оценку он бы поставил мне, и я сосредоточилась на его словах.

Но он лишь сказал, что, поскольку я его друг, он не собирался меня оценивать. Я не знала, обижаться мне или нет, но в итоге была рада, что он этого не сделал. Потому как после этого он начал рассуждать вслух, с кем из девушек ему сегодня стоит переспать.

Леша, услышав эти рассуждения, сразу же положил конец этой теме.

— Эй, Лех?

Я повернула голову и увидела остановившегося рядом с нами тощего парня, с засунутыми в карманы руками и переминающегося с ноги на ногу.

— Мы можем поговорить? — нервно спросил он, жестом указывая на группу ребят позади него.

Леша кивнул и я встала на ноги, выпуская его.

— Я скоро вернусь, — сказал он мне и я согласно кивнула. — Никуда не уходи.

Я чуть не закатила глаза. Говорить мне оставаться на месте было необязательно, потому что я не собиралась передвигаться в компании незнакомых мне людей.

— Дань, присмотри за ней.

— Конечно, — Данил кивнул.

Леша отошел вместе с этим парнем к той самой ожидающей группе. Я не могла видеть выражение лица Леши, так как он стоял ко мне спиной, но парень выглядел так, будто был на грани отчаяния.

Леша положил руку парню на плечо, и тот, казалось, успокоился.

Озадаченная, я взглянула на Данила и Кирилла, чтобы понять, видят ли они то же, что и я. Но они не видели, потому что были заняты другим. Череп спокойно пил свое пиво, а Данил был увлечен чем-то другим.

— Блять, они опять бросают гребаные бутылки в огонь, — прошипел Данил.

Черепа же, казалось, этот факт ничуть не обеспокоил.

— Иди и разберись с ними, если что-то не нравится, — предложил он, убирая из рук пустую бутылку.

— Череп, ты знал, что бесполезен? — спросил недовольно Даня, грозно уставившись на своего друга.

— Ага, прямо как презерватив твоего отца.

Я прикрыла рот рукой, чтобы скрыть свою ухмылку от услышанного. С рычанием Данил бросился в шумную, пьяную толпу, оставив меня наедине с Черепом. В панике я повернулась к нему, заметив, что он снова обратился к столу в поисках очередного напитка.

Настороженно глядя на него, я отодвинулась чуть подальше.