Хулиган. Его тихоня

Кажется, был только один вариант как этого избежать, — начать запирать дверь. Но спасло бы это меня от Дани? Вряд ли. Может, просто забрать у него ключи от моего дома?

Я закрыл глаза и сосчитал до десяти, нуждаясь в скорейшем успокоении. Затем я вновь обратился к другу:

— Даня, убирайся из моей комнаты.

Но вместо того, чтобы выйти, этот придурок рассмеялся и заложил руки за голову, поудобнее укладываясь на моей постели.

— Ну так… — начал он.

— Громов, блять! Мы с тобой не собираемся трахаться, а значит тебе нехрен делать в моей комнате, — прямо сказал я. — Пошел вон отсюда.

— Орлов, ты совсем кукухой поехал? Хотя, нет, у тебя же не кукуха, у тебя орлиное гнездо! — парировал друг, заставляя меня закатить глаза. Сколько раз я уже слышал эту остроумную мысль? — Если бы я вдруг решил сменить ориентацию, чего, будь уверен, никогда в жизни не произойдет, я бы точно не стал спать с тобой. Ты не в моем вкусе.

Огромных усилий мне стоило остаться стоять на месте и не кинуться на Громова, желая разорвать его на куски."

"— Слезь с моей кровати и убирайся нахрен! — повторил я почти с ревом. — Какого ты пристал ко мне с утра пораньше?!

— Лех, так-то уже два часа дня, — заметил Даня.

— И что?

Друг вздохнул и сел на постели. Он свесил ноги с кровати и наконец поднялся с нее. Я же, не теряя времени, вернулся в постель и повыше натянул на себя одеяло.

— Лех.

Я не ответил. А уже через мгновение с меня сорвали одеяло.

Не открывая глаз, он снова медленно сосчитал до десяти.

Громову походу реально осточертела эта жизнь.

— Лех, ты меня слышишь? Почему не отвечаешь?

— Я не отвечаю, потому что все еще надеюсь, что ты уберешься из моей комнаты, — пробормотал я сквозь стиснутые зубы.

— Ты в курсе, что это не вежливо?

Я вырвал у него одеяло из рук, даже услышав треск ткани, и укрылся.

— А я когда-то был вежливым? — спросил я, насмешливо хмыкнув.

Он ничего не ответил, а я отвернулся и хотел было продолжить спать, как услышал его очередной смешок.

— О, я понял, — вновь заговорил Громов. — Ты не хочешь отвечать на мои вопросы и не хочешь вставать с постели, потому что хандришь.

Чего, блять?!

— Я знаю, что это больно, Лех, но ты должен жить дальше. Ничего не изменится, если ты будешь просто лежать и хандрить. Ты должен быть мужиком.

Я больше не мог молчать.

— Что ты, блять, несешь?! — прорычал я.

— Ксюша бросила тебя, потому что ты не понравился ее родителям, так? Поэтому ты хандришь?

Я отбросил одеяло в сторону, сел на постели и окончательно попрощался со сном.

— С чего ты это вообще взял? — огрызнулся я, сверкнув глазами.

— Значит, все прошло нормально? Вы все еще вместе? — сделал вывод Даня, пристально уставившись на меня.

— Не совсем нормально, — проворчал я. — Но, да. Мы все еще вместе.

— Ее отец пытался тебя убить?

— Нет.