Тихоня для волчьей стаи

Ты ведь, кажется, собрался жениться?

Глава 20. Стася.

Они сказали правду. Я прочитала это в его глазах…

- Принцесса.

- Уйди, пожалуйста…

Я сказала это тихо-тихо. Потому, что мне казалось, что я умру от боли. И мне хотелось умереть.

Впрочем, разве произошло что-то новое? Всю мою жизнь было так.

Только я начинала верить в то, что я счастлива и все хорошо – как появлялось нечто, погружающее меня в мутный омут горя.

Какой я была счастливой девчонкой! Обожала рисовать, придумывать наряды для кукол, лет в пять потребовала, чтобы мама мне выдала иголку с ниткой и ненужные тряпочки, чтобы я могла шить. Так хотела пойти в школу вместе с подружками из садика! И ничего. Смерть. И моя жизнь, которая, казалось сломана и никому не нужна.

Только начала привыкать к жизни в детдоме – приехала тетка. И я тоже сначала думала, что счастлива! У меня снова будет дом, родной человек, который будет меня любить! А уж как я готова была любить! И снова ничего.

Оказалось, что тетке нужна не я, а какие-то деньги, которые ей платят, да родительское наследство, которым она может пользоваться по праву моего опекуна. Я слабо в этом разбиралась – естественно, мне было тогда всего восемь лет!

Тетка увезла меня в небольшой поселок и началась моя беспросветная жизнь. Как часто я думала о том, что я теперь как Золушка. У меня порой не было минутки просто присесть и вздохнуть. Мое время было расписано по минутам – каждый день уборка  – вымыть пол, вытереть пыль, вытрясти ковры.  Окна в доме я мыла раз в неделю, неважно – лето, зима, весна или осень. За двором ухаживала, и за огородом, и за живностью теткиной – жили-то почти в деревне, у нее хозяйство было. Как еще учиться успевала? Не знаю.

Соседка теткина жалела меня, один раз даже куда-то пожаловалась, к тетке пришли какие-то женщины, задавали вопросы ей, мне. Правда,  после этого допроса стало только хуже.

Но если бы самым тяжелым в этой моей жизни была работа! Если бы это была только работа, я бы за счастье это считала. Самым невыносимым было отношение тетки  к моей маме.

Она ненавидела маму. Постоянно говорила о ней гадкие вещи. Постоянно упоминала нашу дурную кровь,  мерзкую наследственность. А самым страшным было то, что она повторяла - отец погиб только из-за мамы. И унижала, унижала, унижала…

А еще был теткин муж. Правда, к счастью, он не жил с ней. Сначала работал где-то на вахте. Потом вроде бы завел вторую семью. Приезжал, правда, изредка. Как он сам говорил – посмотреть, какая из меня красавица выросла. Сначала только смотрел. Один раз попробовал сунуться. Я ему руку до кости прокусила, зашивали. Чудом им с теткой удалось скрыть то, что это не укус собаки. Больше, правда, я так называемого дядю никогда не видела. А у тетки появился еще один повод ненавидеть меня.

Я ушла из дома в шестнадцать.