Тихоня для волчьей стаи

Такого я не ожидал…

Я услышал шорох, повернулся – в дверном проеме стоял Ярослав. Его лицо было каменным. Конечно, он слышал ее слова…

Глава 64. Яр

Первой мыслью было – что именно она узнала и… откуда?

Твою тригонометрию! Что за тварь добралась до этих милых ушек и нашептала? Влила яд сомнений в эту прекрасную головку?

Я задал пару вопросов Лике и понял – вчера перед рестораном я видел именно Диану, и видел не случайно. Она была в ресторане. Она говорила со Стасей.

И я даже знал, по чьему приказу она говорила с ней.

Значит, Черные таки затаили обиду? Но уже не дядя был исчадием Ада! Теперь они назначили парией меня и мою стаю. Моих братьев. И мою волчицу. Мою любимую женщину. Истинную.

- Ярослав?

- Ты хотела узнать почему нас называют убийцами? Я могу рассказать тебе, девочка…

- Нет. Не нужно. Прошу… Это глупо. Я не хочу знать. Я… я верю в вас!"

"Я должен был бы почувствовать удовольствие, сладкий бальзам от ее слов, стекающий по грудной клетке. Но этого не было.

Она не смотрела мне в глаза, когда говорила.

Я сделал шаг, присел рядом.

- Милая?

Я видел, что ей с трудом удается сдержаться, не оттолкнуть меня, не сорваться с места, не убежать.

С силой сжал кулаки, опасаясь сломать себе же самому пальцы.

Так хотелось обнять ее! Но… Она меня боялась! Опять! Как и тогда на аукционе. Даже не так. Тогда она боялась меньше, чем сейчас.

- Послушай, принцесса, я счастлив, что твоя вера в нас все еще жива, чтобы и кто там тебе не наговорил, но я все-таки должен объяснить.

- Яр, не сейчас, прошу…

- Выслушай. Это не займет много времени.

Она молчала. А я словно готовился к бою.

- Мой отец был Альфой стаи серых. Мать была его истинной, но не стала истинной для его брата. Когда мы были еще детьми дядя подстроил убийство моего отца.

Она тяжело дышала. Эту историю мы уже упоминали при ней, но без особенных подробностей.

- Дядя провозгласил себя Альфой нашей стаи. Матери пришлось бежать со мной. Она скрылась в глуши, в Забайкалье. Близнецы, увы, остались с ним. Правда, за ними присматривали несколько дальних родственников. Дядя начал зверствовать. Ему нравилось чувствовать власть. Он связался с бадитскими группировками. Двадцать лет назад эта тема была еще актуальной. Честный бизнес отца он бросил, переделал в мошенническую схему. Начал зарабатывать на оружии, наркотиках, торговле людьми. Он много убивал. Я знал о его делах. Матери передавали все, что узнавали о нем.

Стася слушала внимательно, но у меня было ощущение, что она хочет о чем-то спросить и боится. Боится? Меня? Снова? Или боится услышать мой ответ? Я продолжал.

- Клан Серых стали считать вне закона. Мы стали изгоями. Мне едва исполнилось двадцать, когда я понял, что в моих силах прекратить беспредел. Тогда меня поддержали Черные, старшие Белые, и Бурые тоже.