Тихая ложь (ЛП)

Потом, в какой-то момент, они вдруг перешли на английский и втянули меня в разговор. Мы занимались своими делами, пока Кева не выпроводила нас. В итоге я сломала ноготь, но было весело.

На кухне уже не так суетливо, но дел по-прежнему много. Утренняя трапеза давно закончилась, и три девушки загружают посудомоечные машины и наводят порядок. Я замечаю Филиппа и еще нескольких парней, завтракающих за небольшим столиком в стороне. Видимо, они, как и я, пропустили завтрак. Кева стоит в другом конце комнаты, рассеянно помешивает содержимое большой миски, которую держит в руках, и смотрит на телевизор, висящий над стойкой. Она замирает, ее внимание полностью поглощено экраном, на котором показывают местные новости. В Нью-Йорке никогда не бывает недостатка в драмах.

Я замечаю почти пустой кувшин с соком, стоящий посреди стола, за которым сидят ребята, и иду к огромному холодильнику, чтобы достать полный. Ещё вчера заметила, как Кева поставила несколько таких кувшинов охлаждаться.

— Вот, — говорю я, ставя сок на стол и улыбаюсь, прежде чем отнести пустой кувшин в посудомоечную машину.

В кухню входит Адам, крупный темноволосый парень, который, по словам Елены, отвечает за пехотинцев.

— Pop se zabavio sinoc, vidim. (с серб. Поп повеселился прошлой ночью, я вижу) — Он кивает в сторону телевизора, доставая из холодильника банку газировки.

Священник вчера повеселился? Что считается ""развлечением"" для сербских священников? Может быть, он руководит церковным хором? Я смотрю на экран телевизора. Перед пятиэтажным зданием стоит репортер и говорит в камеру. Позади него припарковано несколько полицейских машин, а вход на территорию ограничен желтой лентой с изображением места преступления.

— … что, возможно, является еще одной казнью, связанной с бандой. Жертву, Уэсли Пауэллса, обнаружил сосед. По словам очевидца, мистер Пауэллс был прибит к стене, в его руки были пригвождены гвоздями. На его груди был вырезан знак креста. Полиция, однако, пока не дала никаких дополнительных показаний.

— Господи, — бормочу я, чувствуя, как меня пробирает дрожь. Их священник должен делать гораздо больше, чем давать духовные наставления. — Нужно быть серьезно больным, чтобы так поступать с человеком.

Кева берет со стойки пульт и быстро выключает телевизор.

— Я и не заметила, что ты тут, — говорит она и продолжает перемешивать то, что у нее в миске. — Оставила тебе бутерброды.

— У меня пропал аппетит.

— Ты не покинешь мою кухню, пока не позавтракаешь, Сиенна.

Я вздыхаю и беру с тарелки самый маленький бутерброд. Прозвище ей определенно подходит.

— Почему ты все еще в пижаме? — спрашивает она.

Я с набитым ртом пробормотала:

— Это не пижама.