Тибо, или потерянный крест

Конрад же никакой короны не получал и намеревался получить ее от крестоносцев. В ту особенно трудную зиму в лагере под Акрой начался голод, и маркиз, нагрузив суда провизией, — не обделив при этом свой славный город Тир! — взял курс на север.

Его прибытие было встречено радостными криками. Несмотря на ужасную погоду, холод и грязь, люди бросались в воду, чтобы помочь как можно скорее разгрузить суда, перетаскать на берег драгоценные запасы.

Вся эта суета не укрылась от внимания шпионов, которых султан содержал в лагере врага, и Саладин тут же отдал приказ перейти в наступление. Франки, застигнутые врасплох, кинулись к своим укреплениям, и завязалось яростное сражение, в которое не преминули вступить люди из Акры: они бросали со стен горящую нефть и крупные камни. Саладину поначалу казалось, что он выиграет это сражение, и так продолжалось до той минуты, пока странное событие все не изменило: в то самое мгновение, когда робкому солнцу удалось пробиться сквозь пелену туч, неизвестно откуда взявшийся рыцарь на великолепном белом коне вылетел во весь опор из-за спины у мусульман; ряды расступались, пропуская его, люди останавливались, застывали в изумлении, смотрели на него с ужасом, потому что этот стремительный всадник мог примчаться только из загробного мира.

В слабых лучах солнца его кольчуга, шлем и оружие сверкали чистым серебром. Шлем был увенчан резной золотой короной, на куртке, надетой поверх доспехов, горел вышитый крест. Всадник притягивал свет, он был окружен таким сиянием, что можно было подумать, будто на выручку христианам явился сам святой Георгий. Его меч, вращаясь, вспыхивал яркими отблесками, но особенно путающим его делала скрывающая лицо белая кисея...

По рядам войска, состоявшего большей частью из простых людей, верящих в чудеса, пробежал испуганный шепот, завершившийся призывом, мольбой:

— Прокаженный король! Он возвращается! Аллах! Аллах!

Однако фантастическое видение никого не ранило, никого не коснулось. Оно молнией пронеслось через окаменевшее войско, вращая мечом, потом скрылось среди лесистых холмов, возвышавшихся над долиной Акры. Несколько всадников погнались за ним, но не нашли; да к тому же солнце внезапно поглотила черная туча, и снова полил дождь.

Эта сцена продолжалась совсем недолго, но франкам этого хватило, чтобы собраться с силами, мамелюкам пришлось иметь дело с храбрыми рыцарями графа Генриха Шампанского, и атака была отбита. Легко представить себе, с какой радостью встретили Конрада де Монферра и привезенное им продовольствие. Пожалуй, единственными, кто ему не обрадовался, были Лузиньяны. Вдовец Сибиллы без промедления дал понять мужу Изабеллы, что намерен оставаться на том месте, на которое возвела его любовь жены, еще немного — и они подрались бы.