Тиберианец

Таймер, ведущий обратный отсчет до вероятного столкновения, обнулился.

— Бежим! — заверещал инсект.

Хмурые небеса Первого Мира уже залил ослепительный свет.

В следующий миг раскаленный обломок планеты прорвал низкую облачность. От него отлетали пылающие фрагменты, окропляя огненным ливнем Равнину Порталов и царящий над ней горный хребет.

Скалы рушились. Ветер моментально набрал мощь урагана, но все это выглядело мелко и незначительно в сравнении с грядущей катастрофой. Через несколько секунд астероид, точно нацеленный на «Озеро Тьмы», уничтожит его, превратив это полушарие планеты в жерло вулкана.

Норл невольно зажмурился.

Глеб сидел, не в силах пошевелиться, и до последнего смотрел на экраны. Зонды все еще транслировали данные. Он видел исполинскую раскаленную глыбу.

Окно гиперкосмоса выбросило навстречу астероиду кипящий поток черной, как смоль субстанции.

Раздался чудовищный удар.

Глеб успел увидеть, как «Озеро Тьмы» выплеснулось из берегов, расширилось и поглотило нацеленный в него обломок планеты, — поглотило без следа, словно омут, в который кинули мелкий камушек.

Сокрушительная ударная волна рванулась во все стороны. Зонды смело, а в следующую секунду «Гессель» сорвало с креплений, подхватило, как песчинку, ударило о скалы.

Помятый флайкар, переворачиваясь, покатился вниз по пылающему склону холма…

Кровь сочилась по разорванному металлу, тягучими каплями срывалась вниз.

Ронг попытался повернуть голову.

— Все живы? — хрипло спросил он.

Тишина. Только слышно, как снаружи завывает ветер.

Норл поднатужился, со стоном отжал вдавленный внутрь салона фрагмент бронирования. Раздался тягучий скрежет. Освободилось немного места, — теперь он смог кое-как извернуться в тесном пространстве.

Хашт куда-то исчез. Пассажирское сидение пустовало. Глеб обмяк, не подавая признаков жизни. Кровь была его. «Гессель» лежал на боку. Вокруг машины плясали отсветы пламени, в салон через разорванную обшивку проникал тусклый свет и прогорклый дым.

— Держись… Только не умирай… Я сейчас!..

Действуя с недюжинной силой, норл вырвал пустующее кресло, затем, упираясь в него ногами, выпихнул наружу через приоткрытую дверь.

Глеб истекал кровью. Его зажало смятым металлом. Ронг старался изо всех сил, но деформированный борт флайкара не поддавался усилиям. Лопнувшие приборы щерились острыми осколками пластика.

— Не умирай… — хрипел норл. — Хашт, ну где ты? Помоги же!..

Инсект пропал. Может его выкинуло из машины во время аварии?

— Ничего… Сейчас, Глеб… Потерпи немного…

От возни норла «Гессель» потерял шаткое равновесие, сполз еще на несколько метров и едва не перевернулся.

Ронгом овладела ярость.