The Мечты. О любви

В нем расцвечивало цветными солнечными зайчиками помещение старое витражное стекло, которое, наверное, не могло ответить ни на один вопрос, но наверняка и было той самой идеальной картинкой ее мира.

А перед ее носом, на столе — так и не отснятые украшения, привезенные из Парижа. Зеркальце. Несколько серебряных чашек. Красиво. Тоже часть ее мира.

И спрятанные подальше, в бюро, запонки и зажим для галстука от Тиффани пятидесятых годов в оригинальном футляре. Для него.

И еще перед глазами — мальчик, целовавший ее у маяка в прошлой жизни. Сейчас он вырос и ничего идеального в нем не было. Как и в ней. Как и в ней, черт подери. А ведь когда-то они мечтали быть вместе всегда-всегда. Смогли бы тогда? А сейчас — смогли бы?

У нее все еще дрожали руки после разговора с Ярославцевым. До сих пор. Не помогал ромашковый чай, заботливо приготовленной Машкой, понявшей все по-своему, когда она, перепуганная и почти плачущая, влетела в помещение магазина. По-своему — не значит, неправильно. Просто у каждого своя картинка мира.

— Я хочу, — начала Юля и запнулась, но все же продолжила: — я хочу сама понять, Богдан. Каким я вижу его сегодня. И каким его видишь ты.

— Исчерпывающе, — коротко отозвался Моджеевский.

— Значит, поговорили?

— Если ты о своей встрече с Ярославцевым, то, вероятно, да. Тебе виднее.

— Ну хочешь — прибей меня. Я понимаю, что и ты будешь прав, как прав Дима. Всем жизнь перегадила.

— У тебя приступ самобичевания? — самым серьезным тоном спросил Богдан.

— Ну ты же именно так и думаешь. Винишь меня. Ок, я виновата. Дальше что?

— Дальше? — он ненадолго задумался. — Дальше понять бы, в чем ты виновата.

— Хватит, — выдохнула она в трубку. — Хватит вытаскивать из меня нутро наружу. Ты и сам знаешь в чем. Препятствовать твоему общению с Андреем я не буду. Убегать — тоже. Мой новый адрес тебе известен. На развод подам. Но выворачивать меня наизнанку — не смей.

— Юль, ты сейчас что-то пытаешься доказать себе самой, не мне.

Богдан откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Трудно объясняться, когда адресат объяснений закрыл руками уши.

— Хотел услышать от тебя, как прошла встреча с Ярославцевым, — медленно проговорил он. — Хотя я бы предпочел, чтобы ты меня предупредила, что собираешься сделать. Еще лучше было бы, если бы все же не пошла к нему в одиночку.

— Услышал? — глухо отозвалась она.

— То, что ты захотела мне рассказать, — да, я услышал. Но я уверен, что это не все.

— А за остальное ты его пришибешь, — грустно хохотнула Юлька. — Но учитывая, что вы оба — пострадавшая сторона, идея так себе.

— Хочешь, пообещаю, что не буду его… пришибать?

— Хочу. Но не поверю. Ты же тоже… упрямый.

— А еще я эгоист, — довольным тоном сообщил Богдан.

— Как? — искренне изумился он.

— Не включай этот тон.