The Мечты. Бес и ребро

Сам пошел за ней следом, каждую секунду пропуская сквозь себя ее запах, вид, движения – все ее актерство наравне с тем, что составляет ее естество. И думал, что тоже смертельно соскучился. Гораздо сильнее, чем можно сказать словами. И как хорошо, что все наладилось. И как хорошо, что впереди у них так много разного, о чем он раньше и не думал мечтать, ошибочно полагая свою жизнь подошедшей к тому рубежу, за которым ничего нового быть не может.

А сегодня вот, пожалуйста, у Стеши премьера.

У Стеши тысяча дел, которые на нее не свалились бы, если бы не счастливый случай, произошедший в июне этого года, когда она подмяла бампер одному японцу.

Она порхала по сцене во время прогона, терпеливо примеряла платья, одно за другим, под недобрым взглядом Махалиной, ждала, пока на ней подгонят последние швы, умывалась и приводила себя в порядок, потом глушила кофе с Велигодским, предложившим ей сгонять пообедать в кафе возле театра. Туда же подвалил и Аркаша Жильцов, нервный, злой, с дергающимся глазом. Каким всегда бывал в дни, подобные текущему.

- Может, кофейку? – рассмеялась Стеша, наблюдая, как он в который уж раз за обед уронил вилку.

- Да ему если б с коньячком кофейку, - поддел Артур, - тогда б толк был. А так – перевод продукта.

- Идите оба нафиг, - отмахнулся Аркаша. – Куда мне его сейчас?

- Декорации установлены, костюмы готовы, свет настроили, актеры трезвы. Чего тебе надо? – улыбнулась она. – Я даже текст помню хорошо, не подкопаешься.

- Ага, под тебя копнуть – самому без головы остаться. Отберешь лопату и огреешь по шее.

- А ты не пробуй. Ты получай удовольствие от процесса. Может, все-таки тяпнешь за премьеру? К вечеру рассосется.

- Змея ты, - пробурчал Жильцов. – Искусительница. Вечером напьемся. Юхимович бронировал диванчики в Айя-Напе, чтоб гулянку устроить, обмыть это дело.

- Это без меня, - важно сообщила Стеша. – Я сразу домой.

- Как это домой? – спросили хором оба ее... пожалуй, что друга.

- Обыкновенно домой. К мужу, - легко ответила Стефания, наблюдая, как у мужиков напротив вытянулись лица. – Что? Он у меня ЗОЖник! Приходится подстраиваться.

- Не веган, не? – зачем-то уточнил Артур.

- Не, не до такой степени.

На этом Стефания завершила свою трапезу, сделала Жильцову и Велигодскому ручкой и свалила на набережную, где еще двадцать минут релаксировала, глядя на волны. И думала, что теперь может смотреть на них бесконечно. И бог его знает, это потому что она полюбила человека, который любит море, или потому что полюбила море сама. Или потому, что теперь, как никогда раньше, чувствует себя свободной любить.

А потом все началось сначала. Костюмы. Парик. Грим. Шум закулисья. Круговерть дня премьеры. Дерганый Аркаша, хохмящий дирижер.