The Мечты. Бес и ребро

А гонорар получит от заказчика, как будто все вышло. Я планировал... Собирался со Стефанией своей свалить. С Лилькой, думал, помирюсь перед отъездом, чтобы перед людьми помелькать – а то еще на нее свалят. А кто за Улькой приглядит? Ну а сам хотел обосноваться где-нибудь в Испании. С детства Испанией бредил.

- Да ты по жизни бредишь. И не только Испанией. Нахрена «Эльдорадо» угробил?! Своей нет?

- Продал. Я тогда много чего продал из неочевидного. Счет у меня был на Кайманах. Тайный, никто не знал. Рассчитывал обнулить его и жить припеваючи до конца жизни. Туда и кидал бабки со всего проданного. А потом... Роман Романыч, он пустой оказался. Я приехал – а он, мать его, пустой!!! Ты вообще можешь себе представить, как я обломался?! Нихрена. Ни денег, ни связей, ни даже возможности хоть как-то выгрести. Вот куда бабки делись? Как такое вообще может быть?!

- А я, наверное, знаю, куда делись… - задумчиво проговорил Андрей Никитич, до этого молча наблюдавший психоделический полудопрос-полуисповедь. – Может, это те самые деньги, которые Стефания якобы украла?

Моджеевский, повернувшись к тестю, приподнял бровь. Но не сказал ничего, хотя на лице читался мыслительный процесс. Зато Панкратов подскочил с дивана и рявкнул:

- В смысле – Стешка?! Зараза! – за что был немедленно за плечо опущен обратно – уверенным движением руки господина Коваля. Но угомониться ему это не помогло. – Дрянь мелкая! Откуда она про Кайманы узнать могла?!

- Она и не знала, - пожал плечами Малич. – А вот тот, кто знал – подсунул их ей. Чтобы у нее появился «мотив». Поэтому ты уж подумай, Саша Гадов, кто мог знать про твои Кайманы.

- Да никто про тот счет не знал! И уж тем более доступа к ключу безопасности не имел. Вообще никто, кроме адвоката. Но Василий Матвеевич?! Да в жизни не поверю! – бушевал Олег Станиславович, а потом вдруг замер на месте и внимательно глянул на Андрея: - Но и Стешка... если про документы хоть понятно, откуда пронюхала – она весь сейф перевернула, когда деру дала... то про деньги... не могла. Я ее далеко держал от всего этого.

- Тогда кого вы держали близко? – подал голос начбез.

- Да никого! – взорвался Панкратов и снова грохнулся на диван в полнейшем изнеможении. А после всего прозвучал негромкий голос Моджеевского:

- Волну Лилианна подняла. Она запросила информацию у адвоката по твоим офшорам. Тот увидел, что все обнулили, и забил в колокола. Стефанию подозревают из-за этих чертовых бабок. На ее имя открыт левый счет, там они и осели. Сейчас счет арестован, пока ведется следствие, но их явно вернут жене в качестве ее наследства за исключением той суммы, которую перевели киллеру за заказ. Но, мать твою... Все началось с того, что волну подняла Лилианна.

Олег медленно привстал и молча уставился на Романа мутными сонными глазами.