The Мечты. Бес и ребро

Когда сердито вывалил бывшей столичной звезде на голову:

- Ну что, Адамова? Отдохнула? Развеялась? А теперь шагом марш за дело! Чтоб завтра к девяти была в театре, у нас работы – поле непаханное! Мне твои прогулы – вот где!

- К-какие еще прогулы? – икнув, переспросила Стефания.

- На репетиции третий день не ходишь, премьера на носу! В запой ушла, что ли?

- Если я ушла в запой, то ты перегрелся на солнце! Ну так в море освежись, от театра триста метров! Или Юхимович совсем умом тронулся и не сказал?! Хомченко до потолка прыгать должна вообще-то.

- Хомченко позавчера написала заявление на расчет, - жестко ответил Аркаша.

- Как это? – не поняла Стеша и присела на кровать, почувствовав слабость в ногах.

- Обыкновенно. Взяла и написала. В общем, последовала твоему примеру.

- Ну тогда поздравляю. Вам срочно надо кого-то искать на мои роли.

- Мне никого не надо искать, Адамова. У меня есть актриса на твои роли. Ты.

- Аркаш... ну не сходи с ума, а, - мягко сказала она, как маленькому ребенку, прикрыв глаза. А может, это она сказала себе. Все-таки ей было гораздо легче считать, что хотя бы Жильцов ей замены не видит.

- Уже сошел. Мы, Стефания, позавчера демарш устроили Юхимовичу. Эта скотина объявила, что ты ушла, а мы его к стенке прижали, он и раскололся. «Трамвай» я без тебя ставить не буду. Остальное – пусть другие тянут, если хотят. Я ему заявление сразу на стол положил. Через пять минут Артур Велигодский. Потом Хомченко к обеду разродилась.

- Хомченко? – только и смогла переспросить Стеша, пытаясь уразуметь, что это все означает. Что-то же означает. Только сердце заколотилось, как безумное, не давая сделать и вдоха, что размышлениям несколько не способствовало.

- Ага. Он сначала подписал и в отдел кадров отдал, те приказ быстро слепили. Прямо одним списком с тобой. Думал, мы блефуем. А когда уже регистрировали, ему из управления культуры позвонили. И все решилось.

- Аркаша, это же шантаж, - придушенно проговорила она.

- Естественно! Так что нифига ты не уволенная, а прогульщица обыкновенная. 

- В управление тоже ты донес?

- Не-а. Хомченко. Кляузу накатала. Жаловалась на массовые репрессии и что ей отпускные заплатили позже на два дня, чем по законодательству полагается.

- Правда, что ли? – сама не зная, спрашивает она про Хомченковские отпускные или про саму себя, прошептала Стеша.

- Возвращайся, Адамова, - так же тихо сказал Жильцов. – Без тебя тут тоска зеленая. А мы это... прикроем.

- Будем вместе отстреливаться? – прозвучало коротким смешком.

- Ну вот только давай без огнестрельного оружия! И так хватает криминала!

Как ни странно, сказанное Аркашей показалось ей очень смешным. И она совсем не думала, как со всем своим криминалом завтра явится в театр.