Средневековая история. Тетралогия

Уж больно работа тонкая, не по моим рукам. Аля подумала и кивнула. Попробуйте. Если нет — вы все равно нужны. Я просто найду того, кто справится.

Металлическим пером писать удобнее. Спросом оно пользоваться будет. Еще надо бы чернильницу-непроливайку. А почему нет?

Не идеально, но в дороге, для купцов, моряков…

Кузнец идею понял и обещал попробовать сделать. Как только с перьями закончит и тоже в большом объеме. Это-то ему было по плечу.

Ну… надо же на что-то поднимать хозяйство. А гусиные перья, хоть и выглядят красиво, но писать ими — озвереешь. Вот как бы еще извернуться и патент обеспечить…

— Госпожа графиня, прибыл пастер Воплер.

Лиля быстро прошлась по своим воспоминаниям.

Пастер… вырисовывалось что-то очень смутное. Кажется, Лиля была твердо уверена, что солнце светит миру из ее… талии. Поэтому сама она к пастеру ездила не часто, предпочитая молиться дома. А тот… тот тоже не питал желания часто видеть такое сокровище. Тем более, что на церковь отстегивал Эдор — и сущие копейки.

А теперь, видимо, прослышав об отъезде управляющего, товарищ решил посмотреть на происходящее.

А если вспомнить опыт своего мира… Не только посмотреть. А то вдруг еще чего и поиметь удастся? Если баба-дура…

А вот в пастеры шли далеко не дураки. Любой священник по определению:

— образован на неплохом уровне для своего времени;

— подкован в богословии;

— умеет давить на психику, возможно даже обладает начатками гипноза, потому как верит в это всей душой;

— способен незаметно трясти информацию из прихожан.

Общаться с ним долго нельзя априори. Расколет. Это для крестьян она графиня, пусть и с заездами на всю крышу — так они ее и видели-то раз в год! Для Эммы… ох, хитра дама…

А вот священник… но что же делать, что делать… надо бы его испугать, но не обидеть, никак не обидеть… потом-то он пригодится, обязательно…

— Ладно. Пусть ждет. Угостите его там чем есть…

— Вареные овощи, госпожа. Каша с мясом. Черный хлеб. Вы же приказали…

— Вот и подайте это, — Лиля фыркнула. В глазах Эммы плясали веселые искры. Ну да. Диету надо соблюдать. Посему на все вкусности был наложен строжайший запрет. Даже ключи от кладовки с провизией Лиля отдала Марте. Подальше от искушения. А то желудок твердо вообразил себя чем-то вроде бездонной бочки и требовал заполнения.

— А вы не переоденетесь, госпожа?

Лиля только вздохнула. Она сильно подозревала, что Эмма умнее, чем показывает. И ее очень интересуют странности в поведении хозяйки. Но…

Все упирается в выгоду!

Пока люди понимают, что с ней лучше, чем без нее — ей не дадут пропасть.

Но с пастером ссориться нельзя. Подозрений вызывать — тоже. Религия в средние века — это мощная сила.

Но и денег она ему не даст.