Средневековая история. Тетралогия

Работать они не будут, значит, разворуют баронское имущество. И будут гулять, пока вино не кончится. А потом пойдут за добычей в Иртон. Потому как больше некуда.

Графиня бы не одобрила, но ей никто ничего и не скажет. Так получилось.

Погибли при штурме. Защищались. Железками в ваших солдат тыкали.

И Лейф, и Эрик признавали приказы Лилиан Иртон, но считали, что воевать должны мужчины. Работа у них такая.

Конечно, без шума и жертв не обошлось. Как среди местных, так и у вирман.

Далеко не все гуляли и пили, кое-кто успел схватиться за меч. Началась драка, жестокая и беспощадная. Скорее даже резня. Вирмане убивали. Молча и жестоко.

И итог был в их пользу.

Тридцать солдат противника — и четверо своих. Трое погибли в бою, четвертого прикончил какой-то особо умный слуга, выплеснув чуть ли не котел кипятка с огня. Слугу прикончили, но воина было не спасти. Так что ему оказали последнюю милость — добили без мучений.

И Лейф довольно оглядывал замок.

Нашлось здесь многое.

В подвалах, которые были приспособлены под темницы намного лучше, чем те же помещения в Иртоне, нашлись четыре десятка крестьян, которых собирались продать в рабство за долги.

А в кабинете барона нашлась прорва бумаг, которые Эрик все сгреб в стоящий тут же большой сундук — и в таком виде распорядился отправить графине.

Нашлось и оружие, и деньги… вирманам не впервой было грабить замки. Хотя в этот раз добычу они не присвоят, а отдадут графине. Но Лилиан Иртон выделит им справедливую долю. В этом никто не сомневался.

Штурм начался в предрассветный час — и солнце увидело баронство Донтер уже в других руках.

Вирмане разбились на два отряда — и Эрик остался в Донтере, а Лейф с трофеями отправился домой. В Иртон.

Ганц Тримейн отчитывался перед королем.

— Ваше величество, как мы и подумали — убийство графини этот негодяй задумал вместе со своей кузиной. Она же любовница. Аделаида Вельс. Как он рассказал, когда Аделаида зацепила графа Иртона, любовники решили, что ей надо стать графиней. И Алекс начал посылать убийц.

— Причастности Аделаиды, ваше величество? Их нету.

— Слов мало, ваше величество. Вы же понимаете, он говорил, она говорила…

Дело ясное, что дело темное. Аделаида от всего отопрется.

— К сожалению, ваше величество, мерзавцы были осторожны. Понимая, что их ждет в случае разоблачения, они старались не оставлять свидетельств своего преступления.

Эдоард сдвинул брови.

Своей властью он мог многое. Но сейчас, конкретно сейчас, практически ничего.

Аделаида входит в состав посольства, как фрейлина будущей королевы.

Позор на три страны. Тем более шила в мешке не утаишь, если ее казнить — потом все будут спрашивать, кого они принцессам подсунули? Убийцу?

Скандал выйдет… ладно!

Ядовитые зубы у гадины вырваны. Надо бы еще раз отписать Джерисону.