Средневековая история. Тетралогия

И приказы исполнят через пень — колоду. Ну кто она для крестьян?

Вдова управляющего. И то — прошлого. И любить ее особо не за что…

Подумав об управляющем, Лиля покусала ноготь на большом пальце.

Дурная привычка, да. Но иногда прорезается.

Где-то она крупно лажанулась. Вот представьте себе — вы управляете поместьем. И вас на ночь глядя выставляют за ворота. Вы уходите на рассвете — и ваш труп находят в лесу.

При этом Эдор ведь не спорил, не пытался попросить повозку или что там… Он просто взвалил на плечи сколько влезло…

Что это может значить?

Ему было куда пойти. И к кому.

У него стопроцентно были сообщники. Но кто?

А черт его знает! Теперь уже не выяснишь, пока сами не вылезут. Секреты — они и в деревне бывают, хотя там их сберечь на порядок сложнее, чем в городе. Нет, ну кто?! Кто?!

Знать — надо. Лиля не собиралась пока что-то предпринимать. Но сильно подозревала, что сволочь, отлученная от кормушки, способна на гадости. Да еще как способна!

Так что надо быть осторожнее.

С одной стороны — графиня. Если тронешь — тут такое устроят…

С другой стороны — несчастный случай он всегда проходил. Тем более, супругу она параллельно, отец… вот отец…

Так. Сегодня у нас кузнец, и обязательно надо перекопать все бумаги. Надо бы и раньше, но читала Лиля откровенно плохо. Да и…

Не подумала. Вот честно — не подумала. Хотя и знала, что бумаги — это основа миропорядка. Кстати, а тут она может бумагу сделать?

Чтобы не на бересте или пергаменте каждый раз писать?

Бумагу делают из целлюлозы. Целлюлоза — это дерево. А можно чем-то заменить деревья? Восполняемым ресурсом?

Надо бы подумать и вспомнить уроки химии. Потому что деревья — жалко. Да, на дрова уходит много. Но на бюрократию будет уходить на порядок больше.

Нет, леса она вырубать не даст.

Надо сидеть и вспоминать.

На ярмарке Лиля купила несколько десятков свитков из пергамента. Не говоря уже о прорве бересты. И намеревалась записывать все, что необходимо.

В первую очередь — все, что она помнит из медицины.

А потом — химия, биология, ботаника… Да уж найдется что вспомнить!

Как Лиля радовалась, что она — не блатная дура. Такие в вузах тоже были. И знания их стремились к нулю. А она учила в свое время не за страх, а за совесть. Химию — по Ахметову и Глинке. Биологию — по Чебышеву, Макроносову, Яковлеву… И это еще не полный список. Зубрила. Потому и помнит что-то. Да и медицину она долбила как дятел. До автоматизма. Ночью разбуди — ответила бы. Все, от строения скелета до названий хирургических инструментов.

И сейчас собиралась все это записать. Мало ли что…

Да и та же химия. Кто знает, как она зубрила неорганику? Ей это как раз плохо давалось — и она пару лет не расставалась с учебниками.