Тест на отцовство

А главное, только ты и я. И никаких третьих лиц.

Нашу переписку прерывает звонок от Роберта. Ему плохо... Он просит подъехать и открыть дверь нашему кардиологу, потому что сам не уверен, что дойдет до двери.

Агонизируя внутри, называю таксисту другой адрес. Он разворачивается.

- Роб, ты как? Я еду.

- Спасибо, Юленька... - слабым голосом.

- Не клади трубку, говори со мной, ладно?

- Юленька, если что-то не так пойдет, то пароль от сейфа в моей старой записной...

- Хватит. Всё будет хорошо!

В суете с бригадой Скорой помощи, понимаю, что не позвонила Чадову.

А от него несколько сообщений.

Практически не читая, отписываюсь, что опять не получается.

Голова кружится. Пока кардиолог лично занимается Робертом, по стене в прихожей сползаю вниз, садясь на корточки.

Меня бросает в слабость и липкий холодный пот. Конечности прокалывают и немеют.

В дверь требовательный долгий звонок.

С трудом поднимаюсь. В глазах темно.

Кто это?

Двери в подъезд открыты, там ждёт реанимационная бригада заключения кардиолога - увозить или оставлять дома. Поэтому звонок не в домофон, а сразу в дверь.

Выхожу.

- Чадов... - растерянно бормочу я, глядя ему в глаза.

- Иди-ка сюда! - вытягивает меня в подъезд.

Вдыхает поглубже, ноздри подрагивают и лицо идёт пятнами.

Кулак яростно врезается в косяк!

- Юля! - встряхивает меня за грудки, прижимаясь лицом.

У меня нет никаких сил оправдываться.

Я виновато опускаю взгляд.

- Прости...

- Нет.

Мы молча смотрим в стороны, хмурясь каждый от своей обиды.

- В общем так, родная моя, - режет он глухо. - Тебе придется выбрать. Завтра в три часа от больницы в аэропорт идёт автобус. Я уезжаю в гуманитарку. Если ты моя женщина, ты едешь со мной. Всё. Если нет... Если нет... Ты, Юль, любимая женщина... Но не единственная. Значит, ты не моя история просто... А я хочу свою.

Я ловлю его взгляд, не в силах вдохнуть воздух. Словно мне влепили пощёчину.

Кусает обветренную губу, словно собираясь ещё что-то сказать. Но не говорит. Молча разворачивается и уходит.

А я остаюсь.

С шумом в ушах...

С развороченными внутренностями...

С больным Робертом...

С пониманием, что поехать за Чадовым я не смогу!

И с ещё более болючим осознанием, что ""не единственная"". Зачем мне бежать за ним тогда?.. Если я заменима, он заменит меня рано или поздно.

Я захожу обратно, и прямо в пальто ложусь на диван в гостиной.

Живот превращается в твердый камень. Задыхаюсь...

Стыдно так убиваться... Я же взрослая... Надо вставать и... Там Роберту нужна помощь...

Я уговариваю себя, пытаясь притормозить подкатывающую истерику. В которой мне хочется проораться.

Нет-нет... Я не могу такого позволить себе.

Дышу-дышу... Кислорода нет.

Мне стыдно, но я не могу встать. Я не знаю зачем мне вставать...

Но надо, надо, надо...

Сжавшись, на автомате как зомби слушаю кардиолога, киваю, киваю...

- Конечно...