Тест на отцовство

Моё лицо полыхает и голосовые связки отказывают.

Вечером на стоянке сажусь в такси, под хмурым взглядом Бориса. Он стоит у своей машины, в десяти метрах от меня.

- Борис Егорович, может нам с Вами по пути? - флиртуют с ним проходящие гурьбой студентки.

Коротко улыбаясь им, отрицательно качает головой.

- Ножками... - стреляет им взглядом на тротуар.

Девочки, игриво оборачиваясь, демонстративно виляют бедрами.

Но он смотрит только мне в глаза.

""Я люблю тебя..."" - беззвучно шевелю губами.

Закрываю дверь, отворачиваюсь.

В городе пробки, и я чуть-чуть опаздываю к назначенному времени. Иван Иваныч долго показывает мне снимки МРТ и сыпет кардиологическим терминами.

- Так и что в итоге?"

"- С шунтированием мы пока решили не спешить. Есть кое-какие противопоказания по состоянию. Отложим на месяц. Роберт настаивает на выписке в связи с проблемами дома. Мужчины не умеют беречь себя... - с философской ноткой. - Но для этого у них есть любимые жены, верно? Ему требуется уход и полный покой. Иначе, я не отвечаю за его сердце. Второй раз могут не довезти. Этот месяц постарайтесь максимально бережно к нему относиться. Вы капельницу сама сможете ему ставить? Или Вам посоветовать медсестру?

- Смогу... - устало и равнодушно смотрю в окно.

- Все предписания здесь.

Вкладывает мне в руки листы.

- Самое опасное время для него - с четырех до восьми утра. На него приходится пик инфарктов. Старайтесь не оставлять его одного. И четыре раза в сутки измеряем давление. Если что-то - сразу же звоните напрямую мне, а не в Скорую. Я уже отправлю опытную бригаду и приеду сам.

- Ясно... Спасибо Вам большое.

Чадов будет в гневе.

- А долго нам в таком режиме?

- Ну, милочка!... Сердце - это такое дело... Жду на прием через две недели.

Захожу к Роберту. Он под седативами. И медленно моргает, провожая меня взглядом.

Достаю из сумки прихваченную для него книгу, которую он читал.

Мне очень тяжело с ним разговаривать. Притворяться я не умею. Но нужно как-то поддержать.

- Хочешь, я тебе почитаю?

Положительно моргает.

Я сажусь в его изголовье.

Заглядывая в название.

""Талантливый мистер Рипли"".

Открываю на закладке.

- ""Том любил вещи, не вещи вообще, во всем их множестве, а лишь некоторые, избранные, с которыми уже никогда не расставался. У владельца вещей появляется чувство собственного достоинства. Вещи нужны ему не для того, чтобы выставлять их напоказ, он ценит в них качество, а это отношение сродни любви..."".

Дальше меня выключает, я читаю на автомате, не понимая смысла. А саму меня уносит к Борису.

В какой-то момент Роб берет меня за запястье.

Очнувшись, замираю от этого прикосновения. У него влажные ладони. Моё сердце колотится так, словно я веду себя непристойно, позволяя ему держать меня так.

Сглатываю ком в горле.

Он кладёт мою ладонь себе на сердце.