Тест на измену

- Все уже вышли на связь, одна ты молчишь”. Ребята назвали меня девичьей фамилией. И это так приятно…

Я уже дома. Поужинала с мамой и Евой, посидела с дочкой в обнимку на диване, пока она рассказывала мне о событиях дня. А сейчас Ева барахтается в ванной, а я торчу рядом, с телефоном.

Да, я снова Катя Гордеева. Спортсменка и сильная девчонка. Продавщица в детском магазине и мама прекрасной дочки.

Я  больше не Лебедева.

Не жена Руслана и не домохозяйка. Не домашняя клуша, которая заглядывает в рот своему мужу.

“Привет, банда! - написала я в общий чат. - Я за любой кипиш, кроме голодовки”.

32

Руслан

Мне кажется, я сейчас сдохну.

Это слишком сильный удар. Прямо под дых. Аж дыхание сперло.

Я сейчас чувствую себя хуже, чем в тот злополучный день, когда жена застала меня без штанов и выгнала из дома.

Потому что именно сейчас меня настигла расплата.

Катя мне  больше не верит. Она не хочет со мной жить. Ей противно меня видеть.

Она меня разлюбила…

Я был неубедителен.

Я снова облажался.

А могло быть иначе? После того, что она видела… Вряд ли. Никакие слова не сотрут ту картину, которую она застала.

Но я не ожидал, что моя нежная ромашка проявит такую твердость, даже жесткость. Что будет так хорошо владеть собой. И так неумолимо идти к своей цели - к разводу.

Очнувшись, я увидел за соседним столиком мужиков, которые распивали  прозрачную жидкость из рюмок и выглядели очень довольными.

Я подозвал официанта.

- Принеси водки.

- Сколько?

Я неопределенно махнул рукой. Откуда я знаю, сколько нужно, чтобы залить эту боль? Я пью редко и мало.  Но сейчас… сейчас мне просто надо.

Передо мной появился запотевший графин.

Я налил рюмку, выпил. Потом еще одну.

Вообще никакого эффекта! Просто ноль. Это вообще водка? Или вода, которая отвратно воняет больницей?

После третьей рюмки эффект наступил. Странный эффект. Напряжение, стискивающие мои виски железным обручем, не ослабло. Даже усилилось.

Но при этом в голове наступила удивительная ясность. И какая-то звенящая прозрачность.

Мысли завертелись и понеслись по кругу.

Я не изменял жене. Не перешел эту черту. И я счастлив, что вовремя остановился.

Но, откровенно говоря... я мог изменить. Я был близок к этому.

Меня остановило осознание, что я как собачонка на поводке. Что мной манипулируют, а я ведусь, как лох...

Меня это взбесило.

Инна меня взбесила. Я сказал: “Стоп”. Но был момент, о котором мне особенно неприятно вспоминать.

Я ясно дал понять Инне, что ничего не будет. Послал ее к Захару. Надо было послать гораздо дальше...

Я был уверен, что у меня все под контролем. Я думал, она обидится и уйдет. Она строила из себя неприступную роковую стерву, а оказалась прилипалой...

Любая нормальная баба на ее месте ушла бы. Она разделась, предложила себя, я не повелся.