Мир Терры. Попасть и выжить

Неужели — это из-за разговора с герцогом? Глупо получилось. Но…"

"— Отец, Анна — действительно наша родственница. Мы только что сами узнали — сделали генетический анализ на базе. Отец, ты не поверишь — это база Древних! И у Анны не синий дракон — пурпурный. И родилась она не на Терре. На Терру она попала через эвакуационный абрис.

Парень пристально посмотрел отцу в глаза. Тот вздохнул. Ну что за день! Если Ланир не ошибается, то это означает только одно — кучу неприятностей, опасностей… Конец спокойной жизни. Неужели пришло время выполнять эту старинную семейную клятву? Восторженность сопричастности к чему-то великому и героическому заметно поистрепалась с годами. Но долг есть долг.

Помолчав, граф твердо приказал:

— А теперь — все еще раз и по порядку.

***

Герцог задумчиво рассматривал братьев, сидевших напротив него за одним из небольших боковых столиков в обеденном зале. Он отыскал их после разговора с дер Онтеренами окружённые плотной толпой курсантов, они взахлеб рассказывали об увиденном на базе особенно блистал Лорэл. Даже привлечь их внимание получилось с трудом. Но стоило им увидеть Алескера, как они тут же извинились перед жадно ловящими каждое их слово слушателями и подошли к старшему дер Таррену.

Обрадованные неожиданным приездом старшего брата, они засыпали его вопросами о матери, о знакомых, оставшихся дома, о причинах его приезда.

Теперь, когда дер Таррены сидели рядом, семейное сходство между Алескером и Даренсом, до этого не такое уж и заметное, становилось неоспоримым. Да и у Лорэла проступал все тот же характерно-тарреновский квадратный подбородок, придававший всем троим налет упрямства и воинственности.

— Кер, что случилось? — по едва заметным признакам, Даренс понял, что брат все это время старательно сдерживал сильное раздражение.

Алескер прищурился, взглянул в окно на центральную башню, на шпиле которой полыхал озаренный солнцем дракон, посмотрел на ожидающих ответа братьев и вздохнул:

— Мне придется как-то проучить вашего Веланира. Щенку не хватает хороших манер. Надо заняться его воспитанием, раз уж у отца руки не дошли.

У Даренса вытянулось лицо:

— Он тебя оскорбил?!

Герцог резким движением откинул со лба темные густые волосы, впечатал кулак в столешницу и встал из-за стола. Прошелся взад и вперед по помещению, оценивающе посмотрел на младших и только тогда ответил:

— Он усомнился в моей порядочности и праве сюзерена. По его мнению, я не имел права делать Анну своим вассалом.

— Почему? Ты же ее защищал от того проныры — магистра Поиска?

— Если я правильно понял, то только из-за того, что она ещё недолетка, — пожал плечами Алексер. — Формально такая клятва может быть принесена только в присутствии опекуна.