Террористка Иванова

Ты, когда сыночка забирать из роддома будешь, сразу телеграмму мне отбей. Я приеду.

— Хорошо, — отозвался Пилюгин, но головы не повернул — смотрел на фотографию жены, укрепленную на фанерном щите над могилой.

— Михаил Геннадьевич, — тихо проговорил подошедший капитан Тулегенов, — прости, пожалуйста, на поминках не смогу быть — только что из управления позвонили — труп на Константиновской, срочно надо ехать.

— Что там?

— Да вроде обычная бытовуха — муж-пенсионер жену зарезал. Участковый звонил.

— Один поедешь?

— Один. Эксперта возьму. Пусть ребята с тобой на поминках побудут.

— Поезжай… — ответил Пилюгин, все так же глядя на фотографию жены.

В полуподвальном, довольно просторном помещении с узкими окошками под самым потолком, на длинных скамьях вдоль стен сидели мужчины и женщины с кошелками и сумками. Они томились в очереди к большому окну в стене. Там принимали передачи. Приемщик, грузный прапорщик, доставал из сумок палки колбасы, большие куски сыра, пластиковые пакеты с конфетами, яблоками, курагой, связки сосисок и сарделек, пачки сигарет. Каждый сверток и пакет приемщик тщательно осматривал, иногда вскрывал пакеты и разворачивал обертки конфет, вскрывал пачки печенья, отставлял в сторону консервы и стеклянные банки с соленьями, приговаривая:

— Это нельзя… это тоже нельзя… Вы, гражданка, уже полгода к нам ходите, правильно? Я вам с первого раза сказал, чего можно, а чего нельзя. Запишите, если с памятью плохо… Еще раз говорю, в стеклянной таре ничего приносить не надо. Лекарства только с разрешения тюремного врача. Без наркотических компонентов!

Подошла очередь Ивана Витальевича, и он подал в окошко свою сумку, протянул паспорт:

— Подследственная Иванова Полина Ивановна.

— Первая передача? — спросил приемщик, посмотрев в толстый журнал и поставив карандашом жирную галку.

— Да, первая, — ответил Иван Витальевич. — Скажите, с кем поговорить насчет свидания?

— К адвокату подследственной обратитесь. Или к следователю, — ответил приемщик и стал доставать из сумки продукты.

Иван Витальевич вышел из лифта, достал бумажку с адресом и, сверив номер квартиры, позвонил. Дверь через несколько секунд отворилась — на пороге стояла Галка, вопросительно смотрела на пожилого человека.

— Милая девочка, здесь живет Пилюгин Михаил Геннадьевич?

— Здесь. А вы кто?

— А я дедушка Вити Иванова, который живет сейчас у вас, как сказал мне Михаил Геннадьевич. Он дома?"

"— Витя еще в школе, но скоро должен прийти. Заходите, пожалуйста. Чаю хотите?

— С удовольствием. Все равно мне Витьку дожидаться, — отозвался Иван Витальевич, проходя на кухню.