Терновый венец

Однако от одной колдовской атаки увернуться она не успела. Показалось, что кровь вскипает, вены лопаются, а воздух в легких сгорает, оставляя вместо себя жаркую пустыню. Морриган выронила плеть и, захрипев, схватилась за горло. Но удушающая хватка, делающая собственное тело ее врагом, усиливалась с каждым мгновением.

Виталисты умели управлять жизненной силой, подчиняющей себе все происходящие в организме процессы. Рассветные замедляли старение и излечивали болезни, что позволяло отнести их к целителям. Полуночные могли заставить живую плоть разлагаться, как неделями лежащий в сырой земле труп. Ускорить старение или изменить температуру тела. Заставить клетки прекратить регенерацию, запустить гниение тканей и заражение крови – и человек умирал от одной-единственной царапины. Но то, конечно, умелые колдуны. Сил этой хватало лишь на грубую, стремительную, но кратковременную атаку.

Ведьма нагревала температуру тела Морриган до немыслимых пределов. Глаза были готовы лопнуть от невыносимого жара и вытечь на обожженное лицо. Прощай тогда ее красота. И жизнь, что, наверное, все-таки важнее.

Злость помогла собрать сгорающие в невидимом пламени остатки сил, выхватить из поясной сумки рассветный осколок истины и, направив его в сторону проклятой ведьмы, прохрипеть: «Ala go vera».

Виталистка не успела среагировать, да и вряд ли ей было знакомо отражающее заклинание. Она не могла предположить, что перед ней – зеркалица, и не прервала плетение чар. Те угодили в зеркало, а оттуда – смертоносным лучом в ведьму. Осколок, не выдержав магического жара, треснул… Досадно, но у Морриган в запасе был полуночный.

Отзеркаленные чары заставили виталистку рухнуть на колени и завопить от боли. Ничего не стоило ее добить, но что-то в Морриган противилось такому исходу. Боевые колдуны – наемники, телохранители, мучители беззащитной девушки, но не убийцы. Не те, за кем обычно охотилась Морриган. И даже их она предпочитала не убивать, ведь ее первоочередной задачей было доставить отступников Трибуналу.

В Пропасти Трибунала нет, и уже (не без ее помощи) нет и немертвой стражи. Однако до сих пор есть судья.

Кляня себя за приступ сердоболия, который в будущем еще наверняка ей аукнется, Морриган связала ведьму путами мира теней – тонкими овеществленными нитями энергии, вытянутыми из мира мертвых. Дэмьен пробормотал что-то вроде: «Серьезно?» Оглушил колдуна ударами кулаков по ушам с обеих сторон и колдовским импульсом – порожденной силой берсерка ударной волной – отправил прямо под ноги Морриган.

– Хочешь возиться с ними – валяй.

– Премного благодарна, – съехидничала она, никак не комментируя свое решение.