Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2

А потом, попросив Жака побыть несколько минут в приемной и дождавшись, когда пока за ним закроется дверь, сказал Элен:

— Ваш мальчик, несомненно, очень талантлив, мисс Хартгейм. И со временем, очень скоро, из него получится просто великолепный художник. Кроме того, из разговора с вашим малышом я понял, что он обладает очень богатым воображением и незаурядной наблюдательностью.

Элен рассмеялась:

— Надо же, сейчас, по дороге к вам, я думала о том же. Ну и каково же будет ваше окончательное решение?

— Я думаю, ему нужно учиться непременно. Время тратить нельзя. Как правило, дети начинают заниматься рисованием лет с шести, а ему уже двенадцать. С удовольствием возьму его к себе в ученики. Но... — директор мягко улыбнулся, — существует один весьма деликатный нюанс. Вы, несомненно, знаете, что наша школа существует не за счет муниципальных субсидий. Иначе говоря, за обучение придется платить.

— Да, я знакома с правилами обучения в вашей школе.

— Ну, что же, если вас не смущает цена...

— Нет. Нас устраивает размер оплаты.

— Чудесно, чудесно, — он широко улыбнулся. — В таком случае, добро пожаловать.

— Благодарю вас.

— Ну что вы, для нас, я не сомневаюсь, будет истинным удовольствием обучать столь смышленого паренька. Кстати, если он хорошо зарекомендует себя, со второго полугодия плата за обучение может быть снижена на пятьдесят процентов.

— Великолепно, — Элен сердечно улыбнулась директору. И еще раз спасибо вам, огромное. Когда начнутся занятия?

— В середине августа. Буду вас с нетерпением ждать. Надеюсь, вы знаете, что нужно приготовить?

— Да, конечно. Всего доброго.

Она вышла из кабинета ободренная и довольная тем, что именно она нашла Жака и смогла его достаточно хорошо подготовить. И конечно, девушка очень радовалась за мальчугана. Элен успела так полюбить его, что уже не представляла себе, как раньше жила без этого подвижного, живого паренька. Девушке казалось, Жак привнес в ее жизнь то, чего ей так не хватало — возможность проявить в полной мере те чувства, которые до сих пор прятались в самых отдаленный тайниках ее души. Нежность и заботу.

Жак стал ей больше чем другом. Он стал ей сыном.

Они вернулись домой. Элен на скорую руку приготовила незамысловатый ужин. Во время еды Жак, как обычно, все время болтал, вертелся, не забывая при этом поглядывать на часы, ожидая, когда же приедет Льюис.

Но Льюиса все не было. И Элен уже начала волноваться. Обычно, если вдруг не успевал приехать вовремя, он всегда звонил, а сегодня звонка не было. Он опаздывал уже на три часа, и девушка внутренне напряглась, словно предчувствуя, что с ним что-то случилось. Ощущение было необычайно глубоким. В какой-то момент в груди словно сработал невидимый сигнал тревоги.