Терминатор

Терминатор задержался с ответом на одно мгновение, обдумывая все возможные варианты. Из нескольких ответов киборг выбрал тот, который содержал в себе наименьший фактор риска.

— Я тоже тебя люблю, — произнес Терминатор и повесил трубку.

Без всякого выражения набрал другой номер. На свою недавнюю жертву он даже не посмотрел. Со спокойствием мертвеца дождался, пока на другом конце провода не подняли трубку.

— Мотель «Тикки», — ответили ему.

И Терминатор заговорил своим обычным голосом — четким, бесстрастным, лишенным человеческих эмоций:

— Дайте мне ваш адрес, — вежливо попросил он.

К двери кто-то подошел, и сердце Сары замерло. Постучал. Еще раз. И еще. Сара облегченно вздохнула и отперла замок.

Ей хотелось обнять и поцеловать Риза, но прежде, чем она успела это сделать, он прошел мимо нее на кухню.

Чувствуя, как спадает напряжение, сковывавшее ее тело, Сара заперла дверь и взглянула на Риза. Ей хотелось сказать, что она рада его возвращению. Очень рада. Он бросил на кухонную стойку два пакета и вскрыл их, небрежно разорвав. На грязный кафель выкатилось несколько банок. Сара разглядывала их, с удивлением читая надписи на этикетках.

— А что у нас здесь? Кукурузная патока, нашатырный спирт, нафталин… А что у нас на ужин?

Риз не поддержал ее шутки. Он распаковывал второй мешок, набитый патронами 38-го калибра, осветительными ракетами, изолентой. Еще там были ножницы, маленькое сито и спички.

— Пластик, — смущенно проговорил он.

— Пластик? Какой пластик?

— На нитроглицериновой основе. Но более прочный. Я научился делать его еще ребенком.

Сара посмотрела на вонючие банки и вздохнула.

Он мчался под гору на мотоцикле «Кавасаки-900-СС». Неумолимая смерть со своей косой. Всю дорогу гнал так, что казалось колеса вот-вот оторвутся от гудрона. Несколько раз, поворачивая, едва не кувыркнулся под откос.

И все это ради того, чтобы прервать такой тонкий биологический процесс, как жизнь человека, молоденькой девушки. Эти нежные теплые влажные машины так легко разрушить, их системы так уязвимы! Удаленный тут или там кусочек ткани, одно недостающее сокращение сердца — и конец! Если бы он что-нибудь чувствовал или хотя бы был способен отвлеченно рассуждать, ему, как убийце-профессионалу, уже стало бы стыдно, что до сих пор не остановил этот процесс. Но он, разумеется, не был способен рассуждать. И ничего не чувствовал. А поэтому всего лишь продолжал свою однообразную работу до тех пор, пока она не будет сделана или пока не иссякнет его источник атомной энергии. При его потребности в энергии запаса хватило бы не менее чем на двадцать лет.

Двигатель мотоцикла всю дорогу работал на предельной мощности. Терминатор мчался на юг, обгоняя редкие машины.