Пятизвездочный теремок

Николаев шил по заказам клиентов сказочно красивые сумки, его работы отличались дорогими материалами, эксклюзивной фурнитурой, великолепным качеством. Почему же его изделия не появлялись на мировых подиумах и не блистали на куда более скромных московских неделях моды? Ответ прост: молодой человек создавал фейки. Заказчица показывала фото баснословно дорогого клатча от всемирно известного бренда и просила сделать ей копию. Валерий брался за работу, и в кратчайший срок модница получала желаемое. «Родное» изделие стоило немереных денег в валюте, Николаев дороже ста пятидесяти тысяч рублей за свои творения не просил. Догадываетесь, что все его клиентки отнюдь не бедные девочки? Как правило, это были любовницы богатых мужчин, которые не готовы удовлетворять все капризы временной бабы. Жене или дочери они купят дорогой аксессуар, а для очередной пассии пожалеют денег. О находке на шоссе пронюхала желтая пресса, об изуродованном трупе Олеси написали разные издания. Это была уже вторая личная трагедия мастера за год. Не так давно он лишился и матери, Наталья Николаевна перенесла инсульт и слегка помутилась умом. Физическую активность она сохранила, а вот разум потеряла, превратилась в трехлетнего ребенка. Сын нанял дневную сиделку, перевез мать в свою квартиру. Олесе пришлось по ночам вставать к свекрови, потому что та снимала памперсы, пачкала постель. Могла за полночь вскочить и начать бить все, что попадет под руку. Тяжело с такой больной, Олеся здорово уставала и стала просить мужа хоть на время отправить свекровь в специализированное учреждение. Но Валерий отвечал:

— Никогда не брошу маму.

— Вот и ухаживай за ней сам, красивые заявления о любви делаешь, а по ночам-то дрыхнешь, я грязь убираю, — крикнула во время очередной ссоры жена, разозлилась, убежала из дома и осталась ночевать у подруги.

Утром Олеся вернулась в квартиру и увидела, что ни супруга, ни свекрови нет. Николаева обрадовалась, она решила, что скандал возымел действие. Сын повез Наталью Николаевну в пансионат.

Но вскоре выяснилась правда. Вечером Валерий, как всегда, крепко заснул. А утром обнаружил мать едва живой. Пока сын пребывал в объятиях Морфея, Наталья Николаевна пошла бродить по квартире, открыла аптечку и съела массу таблеток. Еле-еле бедолагу откачали. Николаев был морально раздавлен, плакал, просил у супруги прощения, каялся: «Я взвалил на тебя заботу о своей матери, а сам дрых. Из-за собственной лени чуть сиротой не остался». Жена снова принялась ухаживать за свекровью, но та вскоре умерла от очередного инсульта. И вот теперь Олесю жестоко убили. Даже циничные газетчики не стали злорадствовать на ее похоронах.

Колыванов понял, что у него серийный маньяк.