Теплое сердце зимой

Но по многим причинам душа Зи оказалась вывернутой наизнанку, там бушевал океан.

И те слова, сказанные тем тоном?

Зи опустился на колени, не успев даже пересечь порог их с Беллой спальни. Но внезапно ему стало плевать, если кто-то увидит его в таком уязвимом состоянии.

К тому же, он не видел ничего, только ту, что неслась к нему по антикварному ковру.

Драгоценная Налла, милая, родная Налла, только научившаяся ходить и говорить, наслаждающаяся своей беззаботной жизнью, бежала к нему, раскинув ручки в стороны, перебирая ножками, покачиваясь из стороны в сторону. И, что самое лучшее? Она лучезарно улыбалась ему.

Словно они не виделись долгие годы, а не каких-то пару часов.

Он все еще не верил в это. Все еще не верил, что он и его шеллан создали это чудо… вопреки его внутреннему уродству, грязи, просачивающейся сквозь его кожу, несмотря на рабские метки вокруг шеи и на запястьях, несмотря на его отвратительный шрам…

— Папочка! Я люблю тебя, папочка!

Налла буквально бросилась в его объятия, зная, что он поймает ее, уверенная в том, что он всегда защитит. Обхватив своим ручищами ее маленькое теплое тело, Зи нежно прижал ее к себе.

— Папочка! — В ответ на его объятие она обвила ручками его шею и прижалась мягкой щечкой к его грубой щеке. — Ты вернулся!

Она всегда говорила с восклицательными нотками, когда видела его, когда он появлялся в их комнатах, в ее спальне, в доме, в столовой, в игровой… словно его появление где бы то ни было — самое захватывающее событие во всей ее жизни. Он ждал, когда это пройдет, готовился к тому, что скоро она привыкнет к нему, перестанет любить так самозабвенно… но этого так и не происходило.

Он понял, что закрыл глаза, лишь когда снова их открыл.

Белла стояла в другом конце комнаты, прислонившись к бюро, скрестив руки на груди, на ее лице застыло мечтательное выражение.

Словно для нее не было картины прекрасней в мире, чем он и их дочь вместе.

И внезапно океан внутри него покрылся штилем, волны отступили.

Зи встал, переместив Наллу на сгиб руки. Закрыв дверь пинком, он направился к своей шеллан. И когда он подошел к ней, Белла задрала голову, и он прижался к ее губам в поцелуе.

Содрогнувшись, Зи вспомнил, как Бальтазар свалился со стены на землю. Потом увидел дергающиеся конечности парня, перчатки, сучившие по снегу, неподвижные ноги в мягкой обуви, которые до этого умудрялись находить щели в каменной стене особняка.

И последним кадром он увидел снежинки, падающие сверху на застывшее, безжизненное лицо с открытыми лазами.

— Который час? — хрипло спросил Зи. Хотя на самом деле, ему было плевать.

— Скоро Последняя Трапеза. Около пяти?

— Хочу есть, — заявила Налла.

Зи улыбнулся своей дочери.

— Ну, тогда спустимся вниз и накормим тебя.