Теплое сердце зимой

Блэй вышел наружу через гараж, и вспомнил, как он и его возлюбленный одевались, чтобы разобраться со ставнями. Затем он вспомнил, как Куин поднялся по лестнице и остановился, чтобы посмотреть через плечо на лес… как будто что-то почувствовал. Но он никак не мог уловить запах своего брата. Ветер дул в другую сторону. Увидеть что-то сквозь деревья особенно с такого расстояния? Едва ли возможно.

Странно."

"Блэй открыл дверь в сад и, выходя, взглянул на ставни, которые они чинили. Потом закрыл глаза. Прошло какое-то время, прежде чем он смог дематериализоваться.

Он принял форму на крыльце родительского дома и понял, что даже не предупредил их о визите. В последний раз он приходил сюда, когда у них с Куином были проблемы… и его возвращение сегодня вечером означало, что они снова возникли.

Все очевидно без слов.

Но… такова реальность.

Он достал телефон. Ему потребовалось три попытки, чтобы добиться правильного тона. Затем нажал «Отправить», положил «Самсунг» в карман и позвонил…

— Сын! — сказал Рок, распахивая дверь. — Ты же знаешь, что можешь просто войти.

Его отец был в своем стиле: в любимом кардигане, штанах цвета хаки и поношенных кожаных тапочках. С трубкой в руке и очками для чтения на носу он выглядел так, словно его заказали из родительского каталога.

Блэй улыбнулся.

— Я не хотел вторгаться без предупреждения.

— Не говори глупостей. Я разбирался со счетами в своем кабинете, а мамэн печет хлеб. — Рок засмеялся. — Мы словно герои из фильма в стиле «Холлмарк». Из пятидесятых.

Блэй попытался представить, как они с Куином, после того, как их дети вырастут, будут жить долго и счастливо вдвоем в большом доме, каждый раз с нетерпением ожидая визита внуков.

Ему бы понравилось. Ему бы действительно это понравилось.

— Так, как ты, сынок? — сказал Рок, когда они обнялись. — Как Куин?

— Ну, у нас все так, как и следовало ожидать. — И, кажется, он даже не соврал. — Это очень трудно.

— Могу представить. — Рок сжал его плечо и захлопнул дверь. — Нам с твоей мамэн очень жаль.

Когда боль стрелой прошила грудь, Блэй потер ее в районе сердца.

— Спасибо, пап. О, какой аромат.

— Твоя мамэн еще и жаркое тушит.

— Знаешь, кажется, я голоден.

— Отлично. Она захочет тебя накормить. Она всегда этого хочет.

На самом деле, Блэй солгал про голод, но он надеялся, что еда, приготовленная матерью, разбудит его аппетит. Но даже если этого не произойдет, он мог погрузиться в другие, такие привычные и родные удобства. По пути на кухню отец начал с того, что Блэй всегда считал главным в выпуске новостей всей семьи: новости о том, как продвигается строение лодки, о кулинарном курсе, на который они ходили вместе с мамэн, о том, что дальний кузен заканчивает заочное обучение в человеческом колледже.