Теперь ты моя

Его взгляд мне не особо нравится, но выхода нет другого. Или с ними уезжаю, или грею постель этому обманщику Демьяну, за связь с которым меня собственный отец убить готов.

– Ладно, тусовщица, – в итоге заключает водитель. – Подбросим. Но только условие есть.

– Какое? – стараюсь сохранить невозмутимый вид, хотя в груди от волнения трепыхается все.

Мне жуть как надо уехать, но связываться с очередным незнакомцем теперь страху подобно.

– Телефончик оставишь?

Ух. Прямо отлегло! Всего лишь телефончик. Минимальная плата за спасение.

– Ну, ладно. Только подвези сначала, – торгуюсь я, – а потом, так и быть оставлю тебе номер.

Мужчина, что постарше, в этот момент как раз вытаскивает из машины последнюю коробку.

– Миш, ты совсем что ли, всяких шаболд с собой таскать? – обращается он к парню.

Мой рот от возмущения раскрывается сам собой, но я ничего не говорю. Очень в город нужно.

– Перестань, бать, – отвечает молодой. – Нормальная она. Сам что ли молодым не был?

От их разговора неприятно становится. Внутри какое-то отвращение проскальзывает. И к себе. И к ним. И к ситуации в целом.

Чувство тревоги усиливается во сто крат. Но я не отступлю. У меня есть шанс, и я его использую.

– В кузов полезай, пока мать не вернулась. В кабине мест нету.

Перспектива не меньше часа трястись в темном закрытом ящике не радует. Даже страшно становится. До жути. Но я все равно послушно лезу, куда сказали. Оставаться здесь, дожидаясь Демьяна – еще страшнее."

"– А где...? – Голос кухарки будто у самого уха слышу.

– Товар приняла и ушла куда-то, – спокойно отвечает водитель. Врет так же искусно, как и я.

А вдруг и мне наврал?

От такого не обнадеживающего открытия шея за секунду становится влажной. Меня в жар бросает, несмотря на то, что в машине довольно холодно. Почти как на улице.

Но выходить я не буду. Нет. Играть со мной больше не позволю!

Слышу звук захлопывающихся дверей. Резкий рев мотора.

Сердце начинает биться в ушах, когда автомобиль трогается с места. Внутри тоже все трясется в такт его ударов.

Прижимаю колени к груди и обхватываю их руками. Очень холодно.

Эта поездка станет, наверное, одним из наихудших событий моей жизни. Меня мотало и подбрасывало. Тошнило. Голова кружилась от тряски. От давящей темноты не хватало воздуха.

Но я пережила. Вынесла эти тяготы, потому что очень хотелось свободы.

Мужчины высадили меня у станции метро.

Думала, что мои глаза взорвутся от яркого дневного света. Их резало так сильно, что выцарапать хотелось.

Я расплатилась с Мишей номером своего телефона и попросила о возможности сделать звонок подруге.

Потом грелась в метро в фойе возле турникетов.