Теперь ты моя

У меня земля из-под ног уходит. И я остаюсь на месте только потому, что он держит.

– Отпусти… меня… – шепотом молю я.

Его ладонь оказывается непозволительно близко к моей груди, и это вынуждает задержать дыхание.

В легких окончательно заканчивается кислород, когда нахальный палец ныряет под вырез платья.

– Разве папочка не научил тебя, Аля, что не стоит выходить замуж за первого встречного?

На ответ просто нет сил, а его тон лишь подчеркивает, что впереди меня не ждет ничего положительного.

– Зато муж точно научит хорошему поведению, – жесткие, безапелляционные интонации пугают. Он не шутит. Он больше не играет со мной.

Совершаю глубокий рваный вдох, когда мужчина касается кромки бюстгальтера."

"Хочу вырваться, потому что его неспешные движения по груди вот-вот утащат меня на самое дно.

Неубедительная попытка, и хватка на затылке становится сильнее. Он не выпустит. Не даст сбежать, пока сам не захочет.

– А мама должна была научить тебя, что желание супруга – закон, – скалясь мужчина проталкивает пальцы дальше, зажимая сосок.

Всплеск адреналина оказывается слишком неожиданным и до безумия сильным. Рука сама поднимается, и я, замахнувшись, оставляю на щеке Максима прожигающую пощечину.

Его взгляд тут же становится чернее ночи, черты лица приобретают пугающие жесткие линии.

Я рвусь на свободу, дёргаясь в его сильных руках. Не хочу поддаваться ему. Не хочу опускаться до низменных инстинктов, которые становятся слишком очевидными в присутствии Максима.

Он позволяет мне вырваться, и даже отойти на пару-тройку шагов.

Я глубоко дышу, точно марафон пробежала, а мой случайный муж просто смотрит на меня своим потемневшим от злости взглядом.

– Илья! – громко обращается он к кому-то, и мне становится до мурашек страшно.

Внутренности снова сворачиваются в жгуты. Я физически начинаю ощущать, как они болят от страха.

Что же теперь будет?

Ильей оказывается тот самый бычара, что привез меня.

– Босс, – басит он, оказавшись в комнате.

– В подвал ее кинь. Пусть остынет и подумает над своим поведением, – безразлично произносит Максим, а потом уходит, оставляя меня с бугаем наедине.

Пячусь назад. Взгляд бегает, в надежде ухватиться за что-то, что может помочь.

– Мне, красотка, играть некогда! Так что или сама иди… с миром… Или силой потащу.

Когда услышала про подвал, меня всю передернуло. Сразу темница представилась. Холодная и сырая. Не хочу в такую!

А что делать? Сказать, что послушной стану? Нет… Меня не сломать так просто. Мне бы только папу дождаться. У него деньги, связи. Да он сам – закон и порядок! Неужели, не справится с какими-то преступниками?

Отступать мне особо некуда. Побег заканчивается, как только я упираюсь в подоконник.

От накатившей безысходности хочется зарычать, но я не успеваю.