Теперь ты моя

– Могла бы стать любимой женой, а теперь будешь дворовой шлюхой.

Сказав это, он снова дергает мою голову, сам немного наклоняется, и проводит влажным языком по моим пересохшим губам.

Я стараюсь увернуться, но это лишь провоцирует Юлдашева сильнее сжать мои волосы в своем кулаке.

«Противно» и «мерзко» будут, пожалуй, самыми безобидными определениями того, что я сейчас чувствую.

По телу прокатывается панический жар. Внутри разрастается страх наравне с желанием залепить самодовольному придурку звонкую пощечину.

– Сладкая… Прямо такая, как я представлял…

Он, наконец, разжимает захват и отталкивает меня. Несмотря ни на что, я начинаю чувствовать облегчение. На расстоянии легче.

След от языка теперь неприятно обдувает прохладным осенним ветром. Я демонстративно вытираю губы. Если этот подонок и возьмет меня – то только силой.

– А ты строптивая. Мне нравится. От этого только интереснее будет тебя объезжать.

Его губы снова складываются в мерзкую улыбочку. Судя по тому, что я услышала, он уже не раз раскладывал меня перед собой в своих фантазиях.

– Одного только понять не могу: зачем Логинов на бои тебя притащил. Он же знал, что я почти всегда там, что увижу.

Я ничего не отвечаю. Сама не знаю ответа на этот вопрос. Демьян, наоборот, показывал мне на Тимура, пытался что-то донести. А этот урод, видать, думает, что у отца договоренность с моим мужем. Что папа прятал меня таким образом.

Получается, отец скрывал меня от Тимура, а говорил что? Судя по тому, что происходит сейчас, папа безбожно врал и Юлдашевы были ни в курсе, что я сбежала.

Выходит, папа сделал все специально?! Не забирал меня? Хотя… отдать было явно выгоднее, чем прятать.

Мне никак не удается отбелить репутацию папы в своих глазах. Да и времени на раздумья почти нет.

– Иди в дом, – командует похититель.

Я исполняю. Сейчас у меня нет выбора. Бежать бесполезно.

Мое положение – сквернее некуда.

Папа не станет спасать меня хотя бы потому, что таков был уговор, я должна была оказаться с этим мужчиной намного раньше.

Демьян – понятия не имеет где я, потому что отпустил, подарил свободу, о которой я так мечтала.

А больше и некому мне помогать.

Демьян

– Давай, старушка, еще немножко, – говорю груше прежде, чем сделать очередной заход.

Я потею в зале уже часа полтора, выплескивая из себя негатив и чувства.

Не думал, что это будет так трудно. Отпустить ее.

Я никогда не привязывался к женщинам, не было ни необходимости, ни желания.

А здесь…

Снова луплю по груше. Она раскачивается на цепи, с достоинством принимая удары моих озверевших кулаков."

"Тряпка. Веду себя как тряпка. Зациклился на какой-то девчонке, которая вообще не должна иметь для меня значения.

Пара ударов. Смена позиции. Новая порция хуков. А в голове ОНА. Не выходит никак. Плотно засела.