Теперь ему принадлежу. Беременна от монстра

Я поняла без слов: не хочет выходить на контакт, идти к ним, пока не оправился. Как раненый зверь, в безопасности он ощущал себя только в логове.

Ничего хорошего ему не скажут.

Я еще в прошлый звонок поняла, что его отношения с «коллегами» — просто видимость. Своим друзьям он не верит. В эти звонки он становился мрачнее тучи, взгляд стекленел. Я вспоминала рассказ Андрея о своем прошлом, вспоминала Шелехова, и у меня мороз шел по коже.

Это непростой человек."

"Как и Андрей. Угораздило же меня в него влюбиться… Но той весной мне хотелось ярких чувств — нам двоим хотелось. Любовь к таким людям дорого обходится, но насколько, я не представляла даже глубоко беременной, уже зная, кто он и как жестока к слабым среда, из которой он вышел.

Не знала, чем придется заплатить за мою любовь, и за жгучий весенний воздух, который когда-то вскружил нам голову нам обоим.

Глава 22

Андрей

— Демьян хочет, чтобы ты объяснился за промах, — сказал Шелехов. — Сам, не через меня. Давай сюда ствол.

Пришлось отдать.

Он смотрел на высокие окна псевдо-китайского ресторана, на стоянке которого они ждали. Любимое место Демьяна. Твою мать. Главное, без эмоций.

— Что он сказал?

Шелехов без слов выбрался из машины.

Мог бы предупредить, чего ждать.

Но здесь друзей нет. Андрей выбрался следом. Летняя ночь дышала розовым запахом от высаженных кустов роз вокруг ресторана. Пахло едой. Мощеный тротуар огибал ресторанчик и терялся в темноте. Их пригласили не через главный вход — через черный. На заднем дворе его поставили лицом к стене и заставили опереться руками на щербатую кирпичную стену. Над головой гудела вентиляция. Обыскали профессионально: и по ногам провели. Шелехова обыскали вторым, после этого разрешили войти в зал.

Яркий интерьер, приглушенная мелодичная музыка, но почти все столы пусты. За дальним, отгороженным декоративными ширмами с иероглифами, ждал мужчина за шестьдесят. Седые волосы, очки в золоченой оправе, элегантный костюм. Он производил приятное впечатление, пока они не приблизились. Столик закрыли телохранители и старичок поднял глаза. Взгляд был очень тяжелым.

— Андрей, здравствуй.

Он шел первым и сейчас, когда Шелехов остановился за спиной, возникло неприятное ощущение западни.

— Присядь, — пригласил он.

Охрана пропустила вперед и Андрей устроился напротив. Отделаться от ощущения, что его вызвали на ковер, не получалось.

Только он сел, сразу же подскочила девчонка в красном кимоно.

Демьян — особый клиент.

Его гостей обслуживают без промедления.

— Попробуй утку по-пекински, — нейтрально предложил тот, разделывая на дне белоснежной тарелки темные ломтики птицы. — Великолепное блюдо.

— Спасибо, не голоден, — жрать хотелось ужасно, но если не думать о сосущем ощущении в желудке, то голода как бы нет.