Следуя за тенью

Все лучи-причалы, расходящиеся от шахты, казались девушке совершенно одинаковыми, но Кайрен заставил яхту обогнуть купол прежде, чем выбрал один из них для швартовки. И только, когда катер легко толкнулся бортом в причал, Ида заметила черный провал ворот, ведущих внутрь шахты. Девушка не знала, руководствовался ли поводырь простыми соображениями удобства, или же хотел иметь яхту как можно ближе на случай, если им вдруг придется спасаться бегством, на Кайрен постарался поставить ее рядом с входом.

Снаружи, под лучами стоящего практически в зените солнца, царило настоящее пекло. Жара навалилась сразу же, как только Ида спрыгнула с борта катера на камень набережной, и не отступала ни на шаг все время, пока они с Кайреном шли к куполу. От нее воздух казался густым, словно не желающим пропускать людей сквозь себя, и только плотное шелковое покрывало, еще не успевшее нагреться, давало какое-то спасение. Океан, простиравшийся вокруг, сверкал миллионами солнечных бликов, но не менее ярко, словно соперничая с ним за право ослепить неосторожных путников, сиял и светлый камень пирса, и на его фоне серая громада купола и черный провал входа казались еще более мрачными. Кайрен едва заметно, но от того не менее успокаивающе, прикоснулся к локтю девушки, вместе с ней входя внутрь альфа-шахты."

"Ида пару раз моргнула, позволяя своим глазам привыкнуть к полумраку, царящему под куполом. На самом деле освещение здесь было — под самым сводом, заливая пространство ровным голубовато-белым искусственным светом, парили несколько десятков крупных ксолов, — но после ослепительного сияния дня снаружи к нему еще нужно было привыкнуть. Только минуту спустя, когда ворота уже остались позади, девушка заметила по обе стороны от ворот хорошо укрепленные охранные пункты, а в них гвардейцев в серо-зеленой форме герцогского дома Вейдов! Солдаты, единственной обязанностью которых, очевидно, являлось наблюдение за входящими и покидающими шахту людьми, проводили их взглядами. Ида с трудом удержала себя от того, чтобы не накинуть на голову капюшон и не прибывать шагу, чтобы поскорее оказаться внутри. Кайрен, мгновенно почувствовав ее тревогу, крепко стиснул руку Иды, заставляя идти рядом с собой, ровно, спокойно и никуда не торопясь.

— Никто тебя не узнает! — прошептал он едва слышно. И добавил: — Если сама не сделаешь глупости.

Ида рискнула еще раз обернуться: ни один из солдат уже не смотрел в их сторону, очевидно, не заметив в двух путниках ничего для себя интересного. Дочь императора почувствовала, что ей становится смешно.