Тени прошлого. Восставшие

– Извините, товарищ подполковник, жертвы есть?

– Есть! И это все пока, выходи к полю!

– Есть, товарищ подполковник.

Петровская положила трубку. На нее с широко открытыми глазами смотрела сержант медицинской службы Румянцева.

– Что? – тихо спросила она.

– «33-й» упал в ущелье.

Медсестра вскрикнула, схватившись за сердце.

– Да, я непонятно сказала?

– Жертвы есть, кто именно, Елагин не уточнил, быстро подготовь мне основной пакет, я вылетаю на место крушения.

– Я с вами, товарищ капитан.

– Ты, сержант, останешься здесь.

– Я понимаю тебя, девочка, но сделать ничего не могу. Таков приказ комэска. А Истомин может быть и жив. Тебе известно, что вертолет доставлял к кишлаку в ущелье разведвзвод Павлова. Так что, говоря о жертвах, Елагин мог подразумевать жертвы среди десантников. Готовь пакет.

– О господи, лишь бы он остался жив.

Петровская, забрав большую санитарную сумку, вышла из ПМП и вместе с начальником полкового медицинского пункта направилась к летному полю. Там уже вращал лопастями «Ми-8» старшего лейтенанта Короленко. Командир и штурман находились на своих местах, борттехник у трапа.

Подъехал командирский «УАЗ» Кротова, с командиром полка прибыл начальник разведки Власик. Майору Гончару было приказано оставаться в части за командира. Подъехал «ГАЗ-66», из него на борт загрузилось отделение второго взвода разведывательной роты, саперы. Подошли медики. Все поднялись на борт.

Прапорщик Кирсанов поднял трап, закрыл дверь и прошел в кабину.

Командир экипажа запросил руководителя полетом, майора Наумова. Тот без применения формальностей, доведя общую обстановку, разрешил взлет.

Короленко повел вертолет к ВПП и вскоре взмыл над бетонкой, выдерживая курс на Астар над плато. По радиостанции он вызвал командира штурмовой роты капитана Субарова:

– Гроза! Тридцать Четвертый!

– На связи, – ответил капитан.

– Я на подходе, время подлета десять минут. Прошу сообщить, есть ли у Астара площадка для посадки.

– Площадок хватает, даже недалеко от сбитой машины есть.

– Просьба обозначить ее сигнальными огнями.

– У меня нет сигнальных огней. Могу обозначить солдатами.

– Принято. Одно предупреждение: солдаты должны отойти на безопасное расстояние, как только вертолет зависнет над площадкой.

В кабину втиснулся командир эскадрильи. Это было запрещено, но комэск есть комэск, повлиять на командира экипажа в полете он не может, а вот задать вопрос или дать совет вполне.

– Ну что у нас? – спросил Елагин.

– На подходе, – ответил Короленко, – связался с Субаровым, обозначит площадку непосредственно у останков «33-го»!

– Понял. Сколько еще?

– Восемь минут без учета временных затрат на заход и саму посадку.

– Работайте. – Он вернулся в грузовой отсек.