Тени прошлого. Восставшие

Бобров сидел на полу, глаза устремлены куда-то в пустоту, тело пробили судороги, под техником появилась лужа крови.

Фролов переключился на радиостанцию. Но та молчала. Видно, тоже получила повреждения. Вертолет тем временем продолжал терять высоту. Его сильно развернуло влево:

– Черт, только не склон, надо на дно.

Вертолет выл турбинами и продолжал сближение со склоном, теряя высоту. Фролов, стараясь исправить положение, потянул ручку управления на себя, «шаг-газ» слегка отпустил.

Он продолжал нажимать на кнопку «Радио», чтобы сообщить о повреждении машины в результате обстрела, вызвать помощь. Но рация не работала.

И дно и склон приближались.

Одна мысль была в голове, сесть на дно, но от него ничего не зависело. Несущий винт терял обороты, высота таяла.

Когда до дна оставалось с десяток метров, Фролов произвел последнюю попытку смягчить удар. Он резко рванул ручку управления на себя, увеличив шаг винта. И тут же удар, от которого потемнело в глазах. «Ми-8» подскочил, или это показалось капитану, затем второй удар и крен влево, фюзеляж завалился набок, лопасти несущего винта разлетелись, остатки молотили воздух. Фролов успел перекрыть подачу топлива, двигатели встали. Воспламенения керосина удалось избежать. Он отстегнул парашютную систему, ветер ударил слева, блистер был сорван, снаружи доносились голоса. Вернее голос старшего лейтенанта Павлова:

– Из машины, всем из машины, раненых, убитых с собой, быстрее, парни, и оборону, занять круговую оборону.

Ну хоть десантников побило не всех, а главное взводный был жив, не растерялся, принял командование.

Фролов двинулся в грузовую кабину. Оттуда разведчики вытаскивали двух, скорее всего, погибших бойцов.

Дверь тоже была сорвана, но пока духи не подошли. Обстрела не было. В проеме показалась голова Павлова:

– Я живой, а вот Истомин, Бобров… нет их больше, помоги вытащить, а то полыхнет и сгорят к чертовой матери.

Они вдвоем отстегнули от кресла штурмана, вынесли, затем борттехника, положили за валун рядом с десятком тел десантников.

– Сколько? – кивнув на них, спросил Фролов.

– Двенадцать. И Илюха с Юрой. Кто обстрелял нас?

– Группа духов, человек десять, у Астары.

– Далеко мы отошли от кишлака?

– Твою мать, скоро, значит, будут.

– У тебя станция цела?

– Цела, а толку? Она даже с «лучом» не достанет до базы. А твоя, как понимаю, накрылась?

Павлов сплюнул на песок:

– Какого хрена духи забыли у заброшенного кишлака?

– Ты у меня спрашиваешь?

– Из чего нас уделали?

– Судя по повреждениям, – Фролов окинул взглядом отверстия днища, – из РПК.

– И 7,62-миллиметровые пули пробивают борт?

– А ты что думаешь, он из титана?

– Так. Значит, говоришь, духов было рыл десять?

– Но не может же быть таким малым отряд духов?

– Ну значит, отдельная группа.