Невидимые тени

Она водила машину очень давно, но руки вспомнили то, что забыла голова. Машина трогается с места, и Майя осторожно едет по улицам – больница, в которую им нужно, находится недалеко.

В приемном покое их ждет хмурый Семеныч. Кивнув Майе, он берет у Ники ребенка и несет в смотровую.

– Во что ты снова вляпалась, ходячая катастрофа? Чей это ребенок?

– Потом расскажу. – Ника уставилась на Семеныча умоляющим взглядом. – Я знаю, ты все можешь. Пожалуйста, помоги мне.

– Ника, ты о чем, собственно? На первый взгляд девочка абсолютно здорова, реакции нормальные, истощена, конечно, анализ крови сделаем, но она практически здоровый смышленый ребенок. Судя по всем признакам, ей где-то год, ну туда-сюда месяц, а небольшое отставание в физическом развитии быстро ликвидируется хорошим уходом, массажами и занятиями. Что еще?

– Я хочу оставить ее себе. Ее мать мы только что нашли мертвой, бабушку убили третьего дня, девочка лежала там в жутких лохмотьях, ты бы видел, как она пила воду! Я не могу позволить отдать ее в приют, хочу оставить ее себе. Семеныч, ты можешь мне помочь, я знаю, у тебя кругом знакомые, я буду ей хорошей матерью, этот ребенок так настрадался за свою короткую жизнь, что подумать страшно – отдать ее куда-то, где всем на нее будет наплевать!

Семеныч гладит ее руку, и Ника смотрит на него тревожно и ожидающе.

– Ты с Алексеем советовалась?

– Лешка скажет тебе то же, что и я.

– Сегодня ребенок останется в больнице, ее нужно обследовать и сообщить представителям социальной службы, что она здесь. Подожди, не протестуй! Все сделаем по закону. Сейчас езжай домой и поговори с родными – с матерью, мужем, сыном, братом. С котом объяснись. А завтра…

– А если они заберут ее? Это же не детская больница! Они могут прийти и забрать девочку, Семеныч, ты же знаешь!

– Никто никого отсюда не заберет. – Он передает ребенка вошедшей медсестре. – В детское отделение, на санобработку и в карантин. Переодеть, взять анализы, накормить, обеспечить круглосуточный сестринский пост. Я через часок загляну, проверю.

Семеныч снова повернулся к Нике:

– Так вот, никто ее отсюда не заберет. Завтра принесешь ей одежду, игрушки и прочее, что приносит мать в больницу своему ребенку. Бумаги оформим, как полагается. Что за махровое пиратство – воровать детей! Нет, мы все сделаем так, что ни одна собака не подкопается. Ника, так надо. Ты взрослая и понимаешь, что подобные вещи щелчком пальца не решаются, тем более что впереди вся жизнь, и проблемы в дальнейшем ни тебе, ни ребенку не нужны. Сделаем по-моему, но в итоге выйдет по-твоему. Все, уходите обе, надоели мне – сил нет.

Матвеев ожидает Майю около большого здания, в котором расположена школа парикмахеров. Он не застал их с Никой дома и решил, что они уехали в «Маленький Париж».