Тени исчезают в Раю

И вновь включил сериал.

– Мне очень жаль, – сдался наконец портье. – Но вы ее не дождетесь. Девушка из пятьсот двенадцатого съехала сегодня утром.

Алекс надеялся на лучшее. Он продолжал надеяться на лучшее.

– Но она мне говорила, что у нее сегодня последний сеанс массажа, – сообщил Алекс.

– Да. Я знаю. На это время вас и записали, – признался Абу.

– Как съехала? Почему же так внезапно?

– Не знаю, но мисс была сильно расстроена, – развязал язык портье, видимо, решив, что гостью он уже сдал, и хуже не будет. Если только приезжий хам не останется у стойки и дальше. – Ее веки были опухшими, нос красным. Возможно, она плакала. Мисс попросила вызвать аэротакси до космопорта.

– Она не говорила, из-за чего поменяла планы? – продолжал давить Алекс.

– Возможно, ее что-то напугало. Или кто-то, – понизив голос, проговорил портье, и Коллингейм решил, что это намек на него. – Ей кто-то звонил, и она отвечала очень резко и односложно. Простите, больше ничего не знаю.

– Мне так жаль, – вполне искренне произнес детектив. – Извините, что отвлек вас.

– Мы рады видеть вас на Парадизе-5, – с солнечной улыбкой произнес ресепшионист, и по его голосу было понятно: он счастлив, что его, наконец, оставят в покое.

Выйдя из отеля, Алекс первым делом посмотрел табло вылета рейсовых космолетов. Сегодня рейсов на Ясон не было. Совсем. Ближайший – через три дня.

Коллингейм прошел по пальмовой аллее еще метров десять. Быстро огляделся и записал короткое сообщение для Тайни. Через пять минут пришел ответ с координатами и временем встречи.

Он шел долго. Минут сорок. Широкая полоса пляжа становилась всё уже. На берегу стали встречаться камни: от рядовых булыжников и до огромных валунов в рост человека. Такие же сглаженные на гранях, как галька, брошенные наобум рукой безумного великана. Некоторые из них докатились до самого моря, скругленными вершинами возвышаясь над водой. Алекс заметил, что в самый солнцепек с моря начинало тянуть холодком. Ветер поднимал волны. Здесь они были под стать валунам – такие же высокие и мощные. Они обрушивались на берег в сокрушительной ярости. Только, увы, ничего не могли сокрушить. Море было бессильно против равнодушия камней. Прибой вгрызался в прибрежную линию стаей голодных псов, разбиваясь на тысячи брызг и растекаясь по песку беззащитными барашками пены. Он ничего не мог изменить.

Коллингейм еще не добрался до места встречи, но время в запасе было. Он сошел с проторенной тропинки и спустился к воде. Только стянув футболку, детектив сообразил, что не надел купальных плавок. Но на его пути уже давно никто не встречался. Он забрался слишком далеко от обитаемой курортной части. Будь Коллингейм маньяком, он бы назначал своим жертвам свидания здесь, а не в космопорте.