Тени исчезают в Раю

Безделья, Алекс!

Детектив решительно накинул поверх плавок шорты и майку, кузенов тех, что были надеты на китиарце, и спустился в ресторан. Если пляжи Парадиза были идеальны, то еда… Еда была лучше, чем идеальна. Парадиз полностью обеспечивал себя сельскохозяйственной продукцией. И пусть никто из туристов никогда не видел поля риса и кукурузы и стада коз и баранов, но блюда были совершенно натуральны. Даже не так. Натуральны и совершенны. Те, кто не питался последние десять лет синтетическими концентратами, не могли прочувствовать того наслаждения, с которым Коллингейм поглощал ужин с настоящим – свежайшим, а не свеже размороженным – стейком в окружении овощей. Три недели мяса! Три недели спокойствия, безделья и МЯСА! Как он вернется в привычную жизнь после этого?!

Справившись с основным блюдом и десертом, Алекс отправился на пляж. Безделье само собой не случится, его нужно организовывать. Оставить в номере комм, закрыть дверь, усилием воли заставить себя дойти до кромки моря… Курортная зона располагалась в экваториальном поясе, и сутки круглый год делились на ночь и день поровну. Темнело рано, поэтому сразу после ужина наступал закат – плановое развлечение для отдыхающих. Большинство ленилось и наблюдало за представлением с балконов. А Коллингейм любил вот так, чтобы прямо из моря. Он добрел до любимого места, подальше от сутолоки отдыхающих, и вошел в воду. Зыбкая золотая дорожка тянулась по воде до самого светила, уже наполовину утонувшего. Оранжево-розовое зарево окрашивало ватные клочья облаков. Небо над ними было глубоко-синим. Постепенно солнце погружалось всё глубже, золотая дорожка становилась всё зыбче, и вскоре лишь облака подсвечивались золотистыми лучами. Получив ежевечернюю дозу эстетики, Алекс поплыл в сторону берега. Неподалеку от его одежды, прямо платьем на песке, сидела молодая женщина. Она глядела в закат и редкими мелкими глотками пила красное вино из бокала с высокой ножкой. Коллингейм накинул на плечи халат и сел рядом, опираясь локтями на согнутые в коленях ноги.

Они молчали. Это молчание было не в тягость. Внешность незнакомки была приятной. Изящные, даже нервические черты; тонкие, но красиво очерченные губы. Светлые волосы до плеч накрыты пляжной панамой. И полное безразличие на лице.

– Уже поздно, – нарушил он молчание. – Скоро стемнеет. Не боитесь гулять одна?

Собеседница – точнее, со-молчальница, – в ответ лишь пожала плечами.

– Зря. Говорят, здесь маньяк промышляет.

– Вы, что ли? – не поворачивая головы и не меняя выражения лица, ответила женщина.

– Нет, я серьезно, – возразил Алекс. Как вот этих бледных молей защищать, если они сами лезут в руки злодеям?

Женщина вновь пожала плечами.

– Хоть какое-то развлечение, – безучастно ответила она.