Тени чёрного пламени

Караванный водила, судя по всему, был тут не впервые, потому что по дороге людей не повел, а все время шел параллельно, по торным тропинкам. Обоз шел осторожно, пару раз нам приходилось останавливаться и маскировать свое присутствие, поскольку Норд докладывал о высланном назад дозоре. Ребята серьезные, видно, что воюют давно. Аномалии и зверье нам особо не досаждали, приобретая свойства природных явлений. Не тронь их, и они вреда не причинят. После закрытия порталов и уничтожения психотронного излучателя на радиостанции волновой выброс больше не сводил с ума. Теперь это была просто очень сильная буря, но с вихревыми грозами, попасть в которую по-прежнему означало верную смерть. А смертельные ловушки возникали не так часто, но теперь группировались в разной протяженности поля. Но появились они и в воздухе, старатели окрестили их мешками. Например, огневка или электро дрейфовали в воздухе часто всего в полуметре над землей, а иногда располагались на приличной высоте. В такое поле и попала экспедиция австралийских ученых, пытавшихся пройти к Могильнику или тому, что от него осталось. Интуристы шли по аномальному полю и каким-то чудом прошли треть, пока не нарвались на плазменную аномалию, в просторечии – огневку. Двое сгорели почти дотла, а остальные заметались в панике и угодили кто куда, в итоге никто не выбрался оттуда живым. Могильник после битвы был сильно разрушен, на месте мертвого города бушевала перманентная электрическая буря, висела плотная завеса непроницаемого тумана. На границах грозового фронта образовывались аномальные поля и как следствие попадались редчайшие по свойствам артефакты. Только Алхимики как-то проходили вглубь городских кварталов, чтобы проводить там свои опыты, думаю, дело, как и всегда, в подземных коммуникациях, которые так хорошо были освоены этим братством ученых-беспредельщиков.

– Нитка встала, к вам гости, встречайте один – три!..

Скоро лес закончился, уступив место поросшей высоким кустарником пустоши. Теперь вся растительность в Зоне была двух цветов: ржаво-красная либо желто-серая. Зелень так и не прижилась, как не вернулся и нормальный природный календарь, когда одно время года плавно перетекает в другое, в особой чернобыльской Зоне по-прежнему царила поздняя осень. Мы затаились у кромки леса, я провожал цепочку людей, медленно ползущую по широкому полю, колышущемуся от порывов холодного ветра. Пленник, насколько я мог разглядеть в оптику, по-прежнему колыхался в седле. Капюшон был крепко примотан к голове какой-то тряпкой, и разглядеть лица не получалось. Пустоши на карте не было, судя по последним обновлениям базы данных, она тут уже дней десять.