Тени чёрного пламени

Мы подались было следом, но в коридоре нас ждал один из бойцов Тройки. Доцент исчез, хотя в коридоре более не было боковых ходов. Сгибаясь под тяжестью набранного добра, мы пошли следом за тяжко шагающим солдатом по левому рукаву коридора. Предстояло еще раз проверить оружие и распределить полезный груз между бойцами.

Свет в тоннеле периодически мерцал, роняя желтые пятна мутного света на железный пол вагона. Окон тут не было, свет просачивался сквозь частые узкие щели вентиляционных отверстий в крыше. Юрис, сидевший напротив, поглаживал замотанное мохнатым тряпьем цевье винтовки, что-то тихо напевая на своем мелодичном языке. Двигатель, скрытый где-то под полом, завыл на высоких оборотах, и мерная смена пятен света превратилась в частое, почти стробоскопическое мерцание. Чтобы не видеть этого, я прикрыл глаза и наугад начал вспоминать карту городских кварталов в том районе, под которым мы скоро окажемся. Получалось сносно, память пока не подводит. В такие моменты очень остро чувствуешь переход от ожидания чего-то к непосредственным действиям. Мысль гонится за событиями, стремясь их предсказать и подсказать телу нужные действия. В то же время сознание и опыт шепчут, что, как ни гадай, в реальности все может сложиться совершенно иначе.

– Номер Три вызывает отряд Ступающего!

Мысли рассеялись, когда в наушнике раздался сдавленный шепот командира отряда Алхимиков. Вопреки внушительной фигуре, голос Тройки звучал как легкое дуновение ледяного ветерка.

– Здесь Ступающий, говори.

– Мы приближаемся к цели, ваш район поиска – вдоль проспекта Космонавтики и далее на юго-восток. Это понятно?

– Точно так, все понял. Юг и юго-восток. Проспект Космонавтики и улицы Хорошилова и Подгорная.

– Номер Три – отбой связи.

Резко скрипнули тормоза, вагон качнуло, и под лязг вагонной сцепки распахнулись широкие двери. Впереди уже стучали о бетонный пол кованые сапоги бойцов Тройки. Алхимики, бывшие в первом вагоне, выгрузились чуть раньше и сразу же потопали вперед, не включая наплечных фонарей.

Выждав немного, чтобы не наступать тяжеловесам на пятки, я приказал:

– Отряд! На выход бегом!.. Марш!

Первыми выскочили Мотря и Андрон, за ними следом Гора и Кудряш. Трубы гранатометов да характерные горбыли гранатных подсумков делали их фигуры чуть толще и массивнее, чем у других. Следом вышли Ксения и Юрис. Девушка за все время не произнесла ни слова, Змей тоже не откалывал обычных шуточек, все подсознательно чувствовали серьезность момента. Мандраж, собранность и, конечно, страх, который, как его ни загоняй внутрь, все равно вылезет в нервическом дрожании пальцев и противной сухости во рту. Как только я ступил на узкий перрон, двери нашего и соседнего вагонов с лязгом захлопнулись.