Тени чёрного пламени

Я всегда знал, что этот мужик с нами не только из-за призрачного славянского братства. Такие, как он, всегда слепо идут за удачей, поэтому требуют отдельного присмотра.

Почти ласково обводя взглядом заляпанные кровью тела бывших владельцев кофров, он сказал:

– Это не оружие, на обоих ящиках электронные замки. Там внутри…

Решив оборвать сочинение гипотезы о несметных сокровищах какого-нибудь местного Аладдина, я возразил:

– Гора, не дури. Фиг его знает, что там. Может, миллион евробаксов мелкими купюрами, а может, какая-нибудь научная дрянь, от которой сначала сдохнешь ты, а потом и все мы тоже.

Огонек тут же погас, профессионализм взял верх над жадностью, и югослав, согласно кивнув, повернулся было, чтобы уйти, но я остановил:

– Как только ребята стаскают трупы в подвал, посмотри, как там чего. Заминируй ящики похитрее. Пусть те, кто за ними придет, порадуются находке на полную катушку.

Если что-то забираешь, нужно оставить взамен нечто равнозначное. Пуще денег любой подрывник любит творить свои шедевральные пакости. Горан тут не исключение. Это было видно по тому, как югослав кинулся к немаленькой куче оружия, собранного с пленных.

Через полчаса, когда бывшее поле боя выглядело почти так же, как и до стычки, мы двинулись дальше, к границе тумана. Горан заминировал подвал и оружие, сложенное возле трупов неизвестных бродяг, которым не повезло попасться у нас на пути. Было в этой группе что-то тревожащее, заставлявшее вспоминать лица, искать совпадения в прошлом. И острее всего я почувствовал неслучайность встречи в момент перед уходом с края блуждающей земли. Как всегда, проводив югослава тычком в спину, я уже совсем напружинил ноги, чтобы прыгнуть следом. И в последние мгновения перед прыжком до слуха донеслось отдаленное эхо взрыва. Оглянувшись, я увидел белое облако пыли как раз в том самом месте, где Горан все опутал леской и выставил самодельный фугас. Он так хлопнуть не мог, значит, в ящиках точно были не деньги. Земля под ногами мелко задрожала, по спине побежали мурашки. Так бывает, если приходит местная разновидность волны – Мертвая Зыбь. Все живое, которому не повезло оказаться в пределах «белого шума», умирает от радиального выброса неизвестного излучения. Оно идет ровно от центра данного пласта реальности, но убивает только живых, поэтому в серых землях нет даже крыс и тараканов. Что провоцирует такой всплеск, никто не знает, наука пока многозначительно молчит. Не раздумывая больше, я прыгнул в туман и вскоре оказался в степи, рядом с отряхивающимися от грязи артельщиками.

Ко мне тут же подошла Ксения и сообщила:

– Старейшие сказали, что в нашем районе только что был сильный энергетический всплеск. Но я ничего не почувствовала, так не должно быть. А ты, Ступающий, чувствуешь?

– Нет.