Тени белых ночей

— Это и есть твой маг? Сын мудака Белозёрского? — Зимин никак не мог успокоиться

Марина была словно в ступоре. В голове крутилось «Чтобы тебе не сказали обо мне не верь, я всегда буду любить только тебя»:— Интересно, а к фотографиям в прессе это относится?

— Марина, — Глеб Зимин неожиданно заговорил нормальным тоном, без бархатных ленивых ноток, —послушай меня.

Марина пришла в себя, оказалось, что она сидит на небольшом диване, Зимин сидит рядом с ней и пихает ей в руки какую-то коробочку, похожую на ювелирную.

— Эт-то что? — Марине стало смешно, потому что ей пришла в голову мысль, что Зимин решил сделать ей предложение.

— Послушай, — голос ведьмака напоминал голос старшего брата, и Марина хихикнула, — Марина, это очень важно, ты понимаешь, что я говорю?

Марина постаралась прекратить улыбаться и кивнула

— Сегодня ночью ты пойдёшь на болота за «клевером», здесь, в этой коробке, — ведьмак открыл коробочку и показал ей то, что внутри. Там действительно лежал простенький перстенёк. Марина всё-таки рассмеялась.

Зимин удивлённо на неё посмотрел. А Марина смеялась, смеялась и никак не могла остановиться. Постепенно смех перешёл в рыдания, и Марина начала задыхаться, она пыталась вдохнуть, но воздух просто не проходил в лёгкие.

Очнулась она, стоя в душе под струями холодной воды. Рядом стоял мокрый ведьмак и с восхищением рассматривал её. Даже не её, а то, как вела себя вода, которая лёгким кружевом обволакивала Марину, образуя переливающуюся голубым преграду, отчего казалось, что кожа Марины голубого цвета, а глаза стали ещё синее.

— Вода, — с удовольствием произнесла Марина, и добавила, переведя глаза на ведьмака, —спасибо

Но ведьмак снова вернулся к своему обычному поведению.

— Ведьмочка, ты всегда можешь отблагодарить, — промурлыкал ведьмак, стягивая мокрую рубашку и оставаясь в одних низко сидящих на бёдрах джинсах.

Марина закатила глаза вверх:

— Послушай, ведьмак, или ты сейчас выйдешь или я так тебя отблагодарю!

И вся вода, которая собиралась на коже Марины, вдруг собралась в один большой кулак и угрожающе поднялась над головой у Зимина.

Тот, кинув ещё один восхищённый взгляд теперь уже на кулак, выжал мокрую рубашку и вышел, не забыв ещё раз показать Марине коробочку:

— Надень прямо перед выходом, только не забудь

И пошлёпал мокрыми кроссовками на выход. Перед тем как выйти, обернулся и снова обычным тоном сказал:

— И не плачь больше, ни один маг не стоит твоих слёз, а тем более Белозёрский

Марина, закрыв дверь в ванную, посмотрела на яркую вязь на запястье и проговорила:

— Я верю в тебя, Мир

* * *

Загородная резиденция Белозёрских.

— Отец, что происходит? Какого чёрта вы творите? — спрашивал Владимир отца.