Теневой король

Темно-синяя техническая куртка на ней, юбка ниже колен, резиновые сапоги. Колхоз колхозом.

Вот женщина увидела подъехавший джип, всполошилась, бросилась к дому, но ей наперерез двинулись телохранители Фарадея, и она побежала к бане, что стояла у самой реки.

В это время открылась входная дверь, и на крыльцо выкатился бутуз в одних трусах и с замызганным лицом."

"– Стой, сука! Высерка твоего пристрелю!

Чубчик выстрелил из пистолета в воздух, и женщина резко развернулась к нему лицом.

– Мама! Мама! – Рыдая от страха, малыш побежал к ней, но Чубчик поймал его, сгреб под мышку.

– В дом его давай, – распорядился Фарадей. – И посмотри, что там. Вдруг мужик…

Он отошел от машины и направился к Лере.

Да, это была она. Его Валерия-Калерия. Четыре года он ее искал и только сейчас нашел. И даже сам на радостях приехал за ней, не поленился проделать четыреста километров.

– Лера, ты, что ли? – в фарисейской улыбке растянул он губы. – Не чаял увидеть тебя в такой глуши!

– Н-не… Не тронь Семку! – умоляюще смотрела на него Лера.

– Эка тебя скорячило! Обабилась, заикаешься…

– Обабилась. Но не заикаюсь. От страха это. За Семку.

– Сына родила?

– Не тронь его, пожалуйста!

– Сколько ему?

– Два с половиной.

– Значит, не от меня…

– Ты его не тронешь? – с надеждой спросила она.

– Я тебя трону. Я тебя трогать приехал.

– Делай что хочешь, только Семку не тронь!

– Что, даже баньку запаришь?

– Можно и баньку, – натянуто улыбнулась она.

– А муж что скажет?

– Зачем ты приехал? – опустив голову, спросила она тоном приговоренного к смерти.

– Угадай.

– Яша ни в чем не виноват. Его не трогай. И сына тоже.

– И где твой Яша?

– В поле. Фермер он.

– Ух ты! Хлебом нас кормит?

– И хлеб, и картошка… Я не собиралась в тебя стрелять, – заплакала Лера. – Я бы не стала.

– Но ты стреляла.

– Это случайно вышло.

– Не вышло… Пуля, говорю, не вышла. В ноге застряла. Ее вытаскивать пришлось. А это больно… Предала ты меня, Калерия, предала…

– Да, я знала, что ты так подумаешь. Поэтому и сбежала…

– Далеко забралась.

– Куда Яша отвез, туда и забралась. Я с ним случайно познакомилась. Вот, в этой глуши живу. Заживо, считай, себя похоронила…

– Врешь! Нравится тебе здесь. Жизнь это для тебя, а не смерть…

– Ну, застрели меня! Ну, чего ты душу тянешь? – заистерила Лера.

Она не очень изменилась на лицо, такая же красивая, как и прежде. Разве что слегка располнела, и нет в ней уже той элегантной утонченности, как раньше. Деревенская грубость в ней и простота. Глядя на нее, трудно было поверить, что когда-то она заведовала проститутками в элитном борделе… Вот что глухомань с людьми делает.

Зато Марина цветет и пахнет. Круто баба поднялась, не вопрос. Бизнес у нее свой, деньги.