Королева теней (ЛП)

А потом назад по кругу, снова и снова, колонна за колонной поглощали удары, которые должны были раскромсать ее лицо и шею. Аэлина замедлила свои шаги, позволяя Маноне думать, что она устала, что ее неуклюжесть растет —

- Достаточно, падаль, - прошипела Манона, пытаясь бросить Аэлину на землю.

Но Аэлина повернулась вокруг колонны, устремляясь на тонкий край за пределами платформы храма, замаячил обрыв, как раз, когда Манона столкнулась с колонной.

Колонна застонала, покачнулась — и завалилась на бок, задевая колонну позади, отправляя их обе с треском падать на землю.

Вместе с куполообразной крышей.

У Маноны даже не было времени чтобы отойти в сторону, когда мрамор обрушился на нее сверху.

Одна из нескольких оставшихся на той стороне ущелья ведьм закричала.

Аэлина уже бежала, даже если сам каменный остров задрожал, как если бы какая-то древняя сила, которая держала этот храм вместе, умерла в тот момент, когда крыша рухнула.

Дерьмо.

Аэлина бежала ко второму мосту, пыль и мусор жгли ее глаза и легкие.

Остров сотрясся с оглушительным треском, так сильно, что Аэлина споткнулась. Но вот они, столбцы, и за ними мост, Эдион, ждущий на другой стороне — рука протянута, подзывая ее.

Остров сотрясся снова — больше и дольше в этот раз.

Он собирался рухнуть под ними.

Там была вспышка синего и белого, проблеск красной ткани, мерцание железа —

Рука и плечо, которые боролись с упавшей колонной.

Медленно, болезненно, Манона вытянула себя на мраморную плиту, ее лицо было покрыто белой пылью, синяя кровь текла вниз, по ее виску.

Через ущелье, полностью отрезанная, золотоволосая ведьма была на коленях.

- Манона!"

"Я не думаю, что ты унижалась из-за чего-либо в своей жизни, Лидер Крыла, сказал король.

Но здесь была Черноклювая ведьма, на коленях, умоляющая всех богов, которых они почитают, и здесь была Манона Черноклювая, пытающаяся подняться, пока храмовый остров рушился.

Аэлина сделала шаг по мосту.

Астерина — это было имя золотоволосой ведьмы. Она снова кричала Маноне, кричала в мольбе подняться, выжить. Остров затрясся.

Оставшийся мост — мост к ее друзьям, к Ровану, к безопасности — все еще держался.

Аэлина чувствовала это раньше: нить в мире, поток, бегущий между ней и кем-то еще. Она почувствовала это одной ночью, много лет назад, и дала денег молодой целительнице, чтобы к чертям выбраться с этого континента. Она почувствовала рывок — и решила вернуть его.

Сейчас это снова был он, этот рывок — к Маноне, чьи руки подогнулись, когда она рухнула на камень.

Ее враг — ее новый враг, которая убила бы и ее, и Рована, только представься ей шанс. Воплощение монстра.     Но, пожалуй, монстрам нужно приглядывать друг за другом, время от времени.

- Беги! - проревел Эдион с той стороны ущелья.

И она побежала.