Тень за троном

Очередная волчья рулада взвивается к небесам. Митька передергивает плечами. Иван словно и не замечает ничего.

– Дай проверю. Пистоль, порох, пули – все на месте?

– Вода, сухари, мясо…

– Коней не жалей. Я тебе лучших дал, да и ты не тяжел. Бог милостив, не загонишь. А и загонишь – пес с ними, известия важнее…

Дмитрий, он же Митька, кивнул. Он-то понимал, Иван Сирко дал ему прочитать письмо к государю, а после лично зашил его в шапку мальчишки. Благо в Крыму царевичевых воспитанников хватает, уследить за ними возможности нет, но именно этому приглянулась девчушка из села, в котором жил старый казак. Вот и пробирался Митька огородами к своей зазнобе, когда на его плече сомкнулись сильные пальцы.

Атаману в Крыму не отказывают. Ясноглазая Оксана была забыта через полчаса разговора, а Митька готовился что есть силы лететь в Азов. Тут уж не до гулянок. Коли Мазепа так нагло явился к атаману – точно имелись у него кинжалы за пазухой. Кто еще с ним, сколько их – бог весть, а значит, и верить никому нельзя.

Митька и не собирался. Ему сейчас лететь по ночной степи, под волчий вой… бррр… Иван Сирко словно прочел мысли юнца.

– А ты не бойся, не тронут тебя волки.

– Жаль, они о том не знают.

– Я о том знаю – и тебе довольно.

Глаза атамана блеснули желтым. И выглядело это так… Тут любые сплетни попомнишь. И про его братание с волками, и про то, что рожден он с зубами был, а выкормлен волчьей кровью… Страшно.

А, плевать! Предательство страшнее волка, тот честно нападает, а эти из засады горло рвут. Так что Митька еще раз все проверил и взлетел в седло.

К царю, как можно более спешно – к царю.

– Дорогая маркиза, благодарю вас за сына.

Людовик XIV склонился над фавориткой и коснулся губами ее лба.

– Это я благодарна вам, мой повелитель, – прошептала мадемуазель де Скорай де Руссиль.

Очаровательная Анжелика по-прежнему была фавориткой Людовика. И знать не знала, что на Руси ее прозвали «Маркизой ангелов». Удержаться было выше человеческих сил.

Людовик, Анжелика, только графа не хватало, но кто сказал, что его еще не будет? В перспективе? Людовик-то уже немолод, а женщина должна устраивать свою жизнь… Даже у мадам де Монтеспан был супруг, а очаровательная Анжелика чем хуже?

Людовик вообще поступил как бизнесмен двадцатого века и поделил полномочия. Анжелику он любил в плотском смысле и во всех позах, а Франсуазу Скаррон вызывал для бесед. Одна для души, вторая для тела – чего еще надо? Обе терпеть друг друга не могут, но кого и когда волновали чувства фавориток?

Людовику – так точно было все равно. Он и этого сына собирался подсунуть Франсуазе, поскольку количество мозгов в голове Анжелики стремилось к нулю. Такая приятная розовая пустота…

Но – сын. Значит, он еще о-го-го, мужчина!

Людовик довольно улыбнулся.